Около полуночи 18 января ленинградцы услышали весть с фронта, которую три раза повторило радио. И «тогда стало ясно, - писал Н.Тихонов, - что произошло долгожданное, блокада прорвана! Всю ночь в городе не спали, всю ночь играло радио, песни и музыка разносились в эфире. Трудно человеку, не жившему в Ленинграде в дни блокады, понять чувства переполнявшие сердца ленинградцев».[1] Ленинград ликовал. Многие жители города вышли на улицу, поздравляли друг друга с одержанной победой. На заводах и фабриках состоялись стихийно возникшие митинги. В адрес фронтовиков поступали сотни писем, выражавших великую благодарность ленинградцев советским воинам. Радость ленинградцев разделяли трудящиеся всей страны.
Но, ленинградцы не только радовались победе советских войск. Они, своим беспримерным героизмом, выдержкой, самоотверженностью, стойкостью, верностью долгу, внесли в неё заметный вклад, служили вдохновляющим примером, для всего советского народа.
М.И.Фролов
Подвиг Ленинграда приобрел еще одну грань - духовную. Ленинградцы в своем абсолютном большинстве проявили величайшую духовную, нравственную силу, которая в конечном итоге позволила выдержать блокаду, выстоять и победить.
Безусловно, самые тяжелые, голодные и холодные месяцы конца 1941 - начала 1942 годов, болезни, артиллерийские обстрелы и бомбежки не могли не сказаться на нравственном состоянии ленинградцев, отношении их к возможной смерти, к пониманию сложившегося состояния в городе, понятию справедливости, к росту мародерства и преступности и другим негативным явлениям.[2] Однако, несмотря на ужасные муки и страдания, ленинградцы сумели сохранить свое человеческое достоинство, преданность Родине родному городу. Абсолютное большинство ленинградцев подчиняли свою жизнь одной цели - не впустить врага в Ленинград, дать ему сокрушительный отпор.
Как ни парадоксально это звучит, но в 1945 г. Геббельс рекомендовал своим подчиненным посмотреть советский фильм об обороне Ленинграда, который, как он полагал, демонстрировал, что гражданское население СССР вносило, куда больший вклад в достижение победы по сравнению с немцами, трудившимися в тылу.[3] Совершенно очевидно, что проявление, такой высокой самоотверженности не могло быть результатом принуждения, приказов, отсутствием выхода из создавшейся трагической ситуации, пассивности населения, как пишут некоторые авторы.
Блокада, несомненно, сплотила патриотически-настроенных людей. А верность традициям духовности и нравственности народа стала основой патриотического единства воинов Ленинградского фронта, моряков Балтийского флота и населения Ленинграда: рабочих, интеллигенции, женщин, молодежи, ветеранов труда, коммунистов, беспартийных, верующих, атеистов. Героизм фронтовиков укреплял стойкость ленинградцев, в свою очередь борьба населения за жизнь, за победу - такая же самоотверженная, как на поле боя, придавала новые силы защитникам Ленинграда.
Идея духовного подвига участников битвы за город получила выразительное воплощение в медали «За оборону Ленинграда». На лицевой стороне медали, как известно, запечатлена композиционная группа защитников Ленинграда на фоне исторического символа города - Адмиралтейства.[4] Патриотизм ленинградцев питала убежденность в правоте своего дела, вера в победу, любовь к своему городу и Отечеству, священный долг борьбы за его свободу и независимость, атмосфера духовности и нравственности даже в самые трагические дни блокады, высокий моральный дух большинства ленинградцев. Каждый из ленинградцев имеет полное право сказать вместе с Ольгой Бергольц: «Мы победили их, победили морально - мы, осажденные ими!»[5]
Духовно-нравственный потенциал стал решающим условием жизни, борьбы и победы ленинградцев.
До последнего времени в литературе о блокаде Ленинграда недооценивалась, а иногда и просто об этом забывали сказать, роль Русской Православной Церкви в поддержании духовно-нравственных традиций, в пропаганде патриотизма, в сохранении русского национального самосознания. Например, сборник «Блокада день за днем» перечисляет самые разнообразные события жизни осажденного города, но в нем не найти ни одного свидетельства религиозности ленинградцев.[6]
С первых же дней войны Русская Православная Церковь, продолжая вековую традицию, посвятила себя защите Отечества. 22 июня 1941 г. в день памяти всех святых, в земле Российской просиявших, Германия напала на Советский Союз. В этот же день местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий обратился к народу с посланием «Пастырям и пасомым Христовой Православной церкви». В нем, в частности, говорилось: «Православная наша церковь всегда делила судьбу народа. Вместе с ним она испытания несла и утешалась его успехами. Не оставит она народа своего и теперь».[7] Митрополит Сергий благословил верующих на борьбу за оборону Отечества. Это послание зачитывалось в храмах Ленинграда и многие уходили на фронт, на смертный бой с врагом, благословленные церковью.
Митрополит Ленинградский Алексий обратился 26 июня к духовенству и верующим с обращением «Церковь зовет к защите Родины». «Церковь неумолимо зовёт к защите матери - Родины, - говорилось в нём. Она же исполненная веры в помощь божью правому делу, молится о полной и окончательной победе над врагом».[8]
С началом блокады города епархия разделила с ленинградцами все неимоверные испытания. Многие церковнослужители, члены клира, соборные певчие не пережили голодную зиму 1941-1942 годов. Но, когда весной-летом 1942 года началась массовая эвакуация жителей осажденного города, практически всё служивое духовенство осталось на своих местах. От снарядов и бомб пострадали Никольский и Князь-Владимирский соборы, подверглась бомбардировке Коломяжская церковь. Однако действующие храмы богослужение совершали ежедневно, даже в самую тяжелую зиму 1941-1942 гг., давая жителям города духовное утешение и поддержку. На некоторых богослужениях в Никольском кафедральном соборе присутствовало командование Ленинградского фронта во главе с генералом Л.И. Говоровым. В храмах служились молебны о дарованиях победы.
Приходы города, прихожане, верующие жертвовали в Фонд обороны, на сооружение танковой колонны Дмитрия Донского, на авиаэскадрилью Александра Невского. Собранные церковью средства шли также на содержание раненых, в помощь детям-сиротам, потерявшим на войне родителей и т.д. 17 мая 1943 г. Верховным Главнокомандующим И.В. Сталиным была направлена в Ленинград телеграмма, опубликованная в газете «Правда». В ней говорилось: «Прошу передать православному духовенству и верующим Ленинградской Епархии, собравшим, кроме внесенных ранее 3632143 рублей дополнительно 1769200 рублей на строительство танковой колонны Дмитрия Донского, мой искренней привет и благодарность Красной Армии. И.Сталин.»[9] Церковь помогала населению города, фронту, чем могла. Её заслуги были отмечены Советским правительством. 17 пастырей Ленинграда были награждены медалями «За оборону Ленинграда» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
Активная патриотическая деятельность духовенства и верующих Русской Православной Церкви возвращали её былой авторитет, поднимая престиж церковного руководства в глазах верующих. Оборона Ленинграда вновь показала благородную роль церкви в сохранении и усилении воздействия ценнейшего духовно-нравственного наследия русского народа.
Героическая оборона Ленинграда, бессмертный подвиг ленинградцев в блокадные дни, вошли в историю освобождения Отечества. Духовно-нравственное наследие города-героя, его жителей остается нашим самым дорогим достоянием. Бережно отнестись к наследию, сделать его реальной движущей силой духовного и нравственного процессов общества - наш долг перед нашим народом, его мужественными и героическими защитниками.
Михаил Иванович Фролов, доктор исторических наук, профессор, ветеран Великой Отечественной войны, вице-президент Академии военно-исторических наук.
http://www.rusbeseda.ru/index.php?PHPSESSID=e8364b3b8deb91fba683c8614b9a2f23&topic=15771.0
