Логин:
Пароль:
Запомнить
С Днем рождения уважаемые члены Союза выпускников СВВМИУ!

01.11.1960

Аникин Александр Леонидович

02.11.1962

Прокопов Юрий Егорович

03.11.1952

Шабалин Игорь Алексеевич

09.11.1968

Денисов Виктор Юрьевич

11.11.1958

Котко Владимир Васильевич

12.11.1961

Ветчинников Геннадий Николаевич

15.11.1948

Жога Виктор Федорович

17.11.1947

Найденко Юрий Павлович

19.11.1962

Татаренков Игорь Вячеславович

24.11.1953

Конюшенко Константин Олегович

26.11.1951

Ашик Владимир Михайлович

26.11.1951

Буланов Владимир Павлович

27.11.1963

Бастрыкин Игорь Владимирович

30.11.1954

Москаленко Василий Александрович

30.11.1954

Шлипс Александр Михайлович

24-25 октября (6-7 ноября) 1917 г. Летопись дней Великой Революции: Читать: http://moov-vmf.ru/24-25-oktyabrya-6-7-noyabrya-2017-g-velikaya-revolyutsiya

В форуме сайта размещена статья "Подводная одиссея России",                                           посвященная истории создания отечественной гидронавтики:

Подводная одиссея России 1 001

Читать: http://forum.moov-vmf.ru/viewtopic.php?f=65&t=572&p=72020#p72020

Предлагаем захватывающую книгу легендарного подводника Великой Отечественной войны, начальника факультета Севастопольского ВВМИУ в 1957-60годы, В.Е. Коржа "ПОДВОДНЫЕ РЕЙДЫ".  Обложка. Обращаться: м.т.+7(921)935-94-79, почта: alikspb@mail.ru

 Наши партнеры:

- ООО "Бухта Голландия"

Бухта

Сайт: http://holland-bay.ru/ 

Адмиралтейский координационный совет общественных организаций ветеранов ВМФ  

logo1

Сайт: http://veteranvmf.ru/                                                                                              - Международная ассоциация общественных организаций ветеранов ВМФ и подводников:Ассоциация

Сайт: http://www.submariners.ru/ 

- ОАО «51 центральный конструкторско-технологический институт судоремонта»:

Макет вымпела -Россия

 

 

Сайт: http://51cktis.ru/

 Военно-учебный научный центр ВМФ "ВМА им. Н.Г. Кузнецова":

Большая эмблема ГЕРБ

 

 

 

 

 

 

                   -Союз историков гидронавтики:

 

01-znak-chebotaeva-dlya-sayta.jpg_1

Сайт: http://oosif.ru/about

-Издательство "Морское наследие":

сайт http://www.heritage-navalis.ru/shop.php?cid=38

-Издательство "Гангут":

сайт: http://www.gangut.su/

 -Международный кинофестиваль "Море зовет":

http://www.seafest.info/

Море зоветЧитать:http://forum.moov-vmf.ru/viewtopic.php?f=97&t=44772



Новости
07.11.2017
"Демон революции" - ложь на народные деньги

В праздничные дни на первом канале вышел очередной пасквиль – сериал «Демон революции». Фильм о том, как Ленин якобы делал революцию на немецкие деньги, которые попали к нему через Парвуса. Этот миф, состряпанный в Польше, был разоблачен еще в 20-е годы.

31.10.2017

Зюганов заподозрил финансово-экономический блок правительства в импотенции. Все для ОЛИГАРХИИ, а "вы -держитесь: денег нет и не будет"!


 

30.10.2017

 30.10.2017. Морской собор. Кронштадт. 6 30 октября 2017 года члены Клуба адмиралов Санкт-Петербурга  и руководство Адмиралтейского Координационного совета общественных ветеранских организаций ВМФ приняли участие в Морском соборе Кронштадта в торжественном богослужении, посвященном 321-летию со дня создания Флота России

18.10.2017

18.10.2017. Заседание рабочей группы Президиума АКС. Усадьба Половцева.Общее фото 71

В Санкт-Петербурге на бывшей даче графа Половцева 18 октября 2018 года состоялось выездное заседание рабочей группы Президиума Адмиралтейского Координационного совета общественных ветеранских организаций ВМФ

27.01.2017

 

27 января в 73-ую годовщину снятия блокады с Ленинграда в годы Великой Отечественной войны руководители и представители Адмиралтейского Координационного Совета ветеранов  ВМФ приняли участие в церемонии памяти возложении венков и цветов к монументу жителям блокадного Ленинграда на мемориальном Пискаревском кладбище

1.2. Организация и развитие штурманской службы в ХVIII – начале ХIХ века

1.2. Организация и развитие штурманской службы в ХVIII – начале ХIХ века

ВВЕДЕНИЕ
У моряка нет ни трудного пути, ни легкого пути. Есть один – славный путь. Ф.Ф. Ушаков

       Историческая судьба и государственное развитие России неразрывно связаны с морями и океанами. Военно-Морской Флот как составная часть вооруженных сил сыграл значительную роль в становлении и развитии нашего государства. Могущество русского флота в большей части опиралось на мужество, самоотверженность и природную смекалку его моряков, а также на передовую роль национального военно-морского искусства.
Выполнение задач, стоящих перед флотом, тяжелые условия боевых походов и продолжительных кругосветных плаваний требовали от офицеров глубокого знания своей профессии, совершенствования в искусстве кораблевождения и обеспечения навигационной безопасности плавания, воспитания в себе твердости духа и способности длительно переносить тяготы морской службы.
      Исторические корни создания Штурманского офицерского класса уходят во вторую половину ХVIII в., когда была сформулирована идея о необходимости повышения уровня тактической и специальной подготовки флотских офицеров. Созданные в России в ХVIII в. Навигацкая школа, Морская академия, Морской шляхетский кадетский корпус, штурманские училища решали задачу подготовки для флота офицерских кадров. Однако эти учебные заведения являлись лишь первой ступенью обучения офицера. Дальнейшее совершенствование своих знаний для продвижения по службе он мог выполнять путем лишь самообразования и в результате приобретения практического опыта службы.
    Строительство новых кораблей, появление новых видов оружия, развитие военно-морского искусства постоянно вызывали необходимость совершенствования подготовки офицерских кадров. В условиях броненосного флота одного практического опыта стало недостаточно. От офицеров в большей степени, чем раньше, требовались глубокие теоретические и практические знания боевых и технических средств флота, новой тактики использования паросиловых кораблей. В то же время самостоятельная подготовка офицеров в период службы на кораблях часто усложнялась из-за отсутствия необходимых пособий, материальной части, ограниченности свободного времени. Поэтому уже во второй половине ХVIII в. многие известные флотоводцы высказывали предложения о необходимости создания специальных учебных заведений для дополнительной подготовки офицеров.
Впервые эта идея была реализована в 1797 г. по инициативе императора Павла I путем созданием на флотах специальных офицерских классов. В дальнейшем это важное для флота начинание было продолжено известным русским мореплавателем и ученым адмиралом И.Ф. Крузенштерном. 29 января 1827 г. по его инициативе при Морском кадетском корпусе учреждается Офицерский класс «…для усовершенствования некоторого числа отличнейших офицеров из кадет в высших частях наук». В 1862 г. офицерский класс был преобразован в Академический курс морских наук, а в 1877 г. – в Николаевскую Морскую академию.
        Техническая революция в стране, переход в 60-е годы ХIХ в. к строительству броненосного флота привели руководство Морским ведомством к пониманию необходимости создания учебных заведений, которые позволили бы в короткий срок осуществить переподготовку значительного числа офицеров. Эта проблема нашла свое разрешение в создании нескольких учебных центров – Офицерских классов. Так, в 1874 г. в Кронштадте был создан Минный офицерский класс, а в 1878 г. – Артиллерийский. Постепенно была осознана необходимость появления Штурманских офицерских классов, которые и были организованы при главных портах России в 1887 г.
Штурманские офицерские классы как важнейшее звено системы дополнительной профессиональной подготовки и переподготовки офицеров-штурманов возникли не на пустом месте. Их появлению предшествовала длительная эпоха становления и развития в России штурманской службы и штурманского военного образования.
Штурманский офицерский класс ВМФ России

ГЛАВА 1
СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ШТУРМАНСКОЙ СЛУЖБЫ И ШТУРМАНСКОГО ВОЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ
(1698–1917)

«Штурмана – отродье хамское, до зелья и баб охочи. Однако дело свое знают. А посему – в кабаки и другие питейные заведения препятствий не чинить. Но в Ассамблею не пущать, ибо слово вымолвить не могут и буйство учинить не замедлят». Петр I

§ 1.1. Создание и становление школы подготовки штурманов в ХVIII веке

      Рубеж ХVII – ХVIII веков является важным периодом в истории России. Ее огромная территория была фактически лишена удобных морских путей. В этих условиях первостепенное значение для судеб Российского государства приобрела борьба за выход к морю. От ее успеха во многом зависело преодоление экономической отсталости страны.
     При создании военно-морского флота было необходимо строить у себя и закупать за границей корабли, заводить военно-морские базы, готовить собственные кадры для флота. Эти задачи пришлось решать в ходе тяжелой борьбы с такими крупными морскими державами того времени, как Турция и Швеция. Особенно остро стояла проблема укомплектования экипажей кораблей подготовленным личным составом. Петр I решал эту сложнейшую задачу двумя путями: во-первых, проводил широкую кампанию по приглашению на российскую службу иностранных моряков, как делал его отец – Алексей Михайлович, и, во-вторых, активно организовывал подготовку русских моряков как за границей, так и на территории России.
      В это время была создана и собственная школа флотских штурманов. Государственная подготовка этих специалистов началась в 1697 г., когда первая группа навигаторов была отправлена Петром I на 5-летнее обучение в Голландию, Англию, Данию, Венецию и Испанию.
В мае 1698 г. под Азовом была учреждена первая навигацкая школа для обучения юношей «морскому ходу, карте и компасам», которую возглавлял Матвей Меланокович. Тогда же у Петра I возникла идея создания математической школы, призванной готовить отечественных специалистов для флота, армии и строительства крепостей. Реализацией идеи Петра Великого явилось создание первой в стране государственной светской Школы математических и навигацких наук. 14 (25) января 1701 г. Петром I был подписан Указ об учреждении Навигацкой школы, в котором было сказано: «Быть математических и навигацких, то есть мореходных хитростно искусств учению». Этот день принято считать датой основания штурманской службы Российского флота.
        Точного срока пребывания в Навигацкой школе установлено не было. Наиболее способные и старательные ученики оканчивали ее за шесть лет, менее способные – за восемь лет. Те же, кто к 21 году не могли окончить всех наук, откомандировывались из школы и назначались в зависимости от объема пройденных наук «простыми матросами» во флот или на соответствующие гражданские должности.
        В 1705 г. состоялся первый выпуск учеников Навигацкой школы – 64 человека. Многие выпускники сразу получали назначение на Балтийский флот. Часть самых способных учеников Навигацкой школы отправляли за границу для приобретения опыта с наказом «учиться с тщанием хождению морскому и знанию карт, чтобы могли быть совершенными правителями мореплавании». В Англии, Голландии, Франции, Венеции и Испании они служили волонтерами на военных кораблях и грузовых галерах. По мере приобретения знаний и навыков через 2–3 года, а в большинстве случаев – через 6–9 лет, волонтеры возвращались на родину и подвергались строгому экзамену. В зависимости от успехов их производили в унтер-лейтенанты или в мичманы.
       Вместе с дворянами, которых называли навигаторами, посылались за границу и выходцы из разночинцев и мелкого дворянства. Они изучали штурманское искусство и назывались штурманскими учениками, а по возвращении в Россию направлялись на корабли штурманами или подштурманами. В ходе дальнейшей службы после экзамена, установленного для производства в морские офицеры, штурманов производили во флотские унтер-лейтенанты или лейтенанты, а подштурманов – в штурмана, в унтер-лейтенанты, а иногда прямо в лейтенанты.
       Из числа первых выпускников Навигацкой школы стали героями Северной войны, сражений при Гангуте, Эзеле, Гренгаме и адмиралами: Н. Синявин, П. Чихачев, В. Ларионов, Н. Головин, С. Лопухин, Ф. Соймонов; исследователями российских морей и земель: С. Малыгин, А. Скуратов, Г. Золотарев.
        К 1715 г. небольшая Навигацкая школа уже не могла удовлетворить возросших потребностей флота. К тому же наиболее и знающие флотское дело офицеры в основном находились в новой столице – Санкт-Петербурге. Все это, а главное – появление нового регулярного флота, привело к необходимости подготовки кадров специально для него.
       В целях улучшения качества подготовки морских офицеров на базе навигаторского отделения, переведенного в Петербург, указом от 1 октября 1715 г. была организована Морская академия (Академия морской гвардии). Навигацкая школа становится подготовительным училищем для академии.
      В отличие от Навигацкой школы, в Морской академии с момента ее открытия был установлен твердый распорядок военно-морского учебного заведения. Программа обучения в Морской академии также приобрела конкретно профессиональный характер. Первоначально она была составлена Петром I. В ноябре 1726 г. Адмиралтейств-коллегия установила сроки обучения отдельным предметам: арифметике – год, геометрии – восемь месяцев, тригонометрии плоской – три месяца, тригонометрии сферической – три месяца, навигации плоской – три, навигации меркаторской – пять, ведению журнала – месяц, , астрономии – четыре, математической географии – месяц, навигации круглой – месяц, геодезии – четыре месяца, артиллерии – год, фортификации – год, живописи и пр. – 11 месяцев. Всего шесть лет и девять месяцев.
       Академия готовила офицеров флота, геодезистов и картографов. По штату в ней было 300 учеников. Начиная с 1718 г. ее выпускники непосредственно на корабли не назначались, а продолжали практическое обучение в составе организованной при академии гардемаринской (старшей) роты, состоявшей из 300 человек. Так, впервые в России была создана организованная практика как элемент учебного процесса. Гардемаринам предписывалось в зимнее время заниматься 12 часов в неделю рисованием, артиллерией, фортификацией, навигацией, кораблестроением и обучаться воинскому строю и стрельбе из ружей и пушек, а также такелажному делу под руководством приставленного к ним морского офицера. Летом гардемарины распределялись в плавание на корабли, где они ежедневно под руководством старшего офицера были обязаны в течение четырех часов заниматься управлением кораблем, артиллерией и другими науками. Из этого времени «…полтора часа для штурманского обучения, которое им должен указывать штюрман корабельный; а офицер, приставленный к гардемаринам, повинен тогда надсматривать, чтоб тот штюрман, который их учит, отправлял должность свою и открывал им все, что он знает в своем художестве».
      После трех–пяти лет плавания, в зависимости от успехов в обучении, гардемарины сдавали специальные экзамены и производились в мичманы, если имелись свободные вакансии. Срок пребывания в звании гардемарина зависел от способностей и наличия свободных офицерских должностей, а также от старшинства в списке роты. На экзаменах у гардемаринов проверялись знания
      С 1723 г. часть оканчивающих Морскую академию стали назначать на корабли штурманскими учениками, по два человека на корабль. К началу 1724 г. на кораблях Балтийского флота находилось всего 23 штурманских ученика. Поэтому Указом Петра I от 17 января 1724 г. 100 человек из гардемаринской роты были выделены в штурманскую роту – класс штурманских учеников. Этим было положено начало разделению морского образования на командирское и штурманское. Такое разделение способствовало более четкому распределению судовых обязанностей, но сопутствующее ему сословное разделение, продиктованное интересами дворянства, наносило вред русскому флоту, создавая привилегированное положение командиров-дворян и приниженное – штурманов-разночинцев.
      Выпускники Навигацкой школы и Морской академии, если были детьми бояр и знатных дворян, то назначались на должности «линейных» – флотских офицеров, что позволяло им впоследствии по мере выслуги достигать самых высоких должностей. Дети бедных дворян и разночинцев назначались на второстепенные портовые должности и в штурмана. Чтобы достичь высоких флотских должностей они должны были вначале получить первичные звания: унтер–лейтенанта или лейтенанта.
      С окончанием Северной войны и особенно после смерти Петра I рост флота и его совершенствование прекращаются. Упадок флота сказался и на военно-морском образовании. Комплектование штурманской и гардемаринской рот затруднялось систематическим недобором в Морскую академию слушателей, которых стало еще меньше, когда в 1731 г. был открыт привилегированный дворянский сухопутный Кадетский корпус.
В целях ликвидации хронического недостатка штурманов в русском флоте в феврале 1734 г. все штурманские чины Морской академии были объединены в учебную Штурманскую роту в Кронштадте. В ней «навигацким наукам» вначале обучалось 100 человек. В ученики роты брали сыновей нижних морских чинов, сирот и детей горожан. В 1749 г. число штурманских учеников было увеличено вдвое – до 200 человек.
       Деятельное участие в подготовке штурманов в роте принимал известный штурман, участник Великой Северной экспедиции лейтенант Степан Гаврилович Малыгин. Заботясь о практической подготовке штурманов, он в 1738 г. подал в Адмиралтейств-коллегию предложение: «... поелику флотские штурмана обучаются мореплаванию только теоретическим образом, в практическом употреблении наук совсем не способны, то, желая приучить их к практике мореходного искусства, просит пожаловать ему фрегат и 30 учеников из штурманской роты, которых обязывается сделать в весьма короткое время хорошими штурманами».
       Коллегия предложение Малыгина «приняла за благо», и в 1739 г. ему был выделен фрегат «Амстердам Галей», и было разрешено выбрать из штурманской роты 40 учеников. После чего ему предписывалось при первом удобном ветре отправиться в Архангельск и в том же году возвратиться назад в Кронштадт. С этого времени учебные плавания гардемаринов и штурманов стали проводиться регулярно.
11 декабря 1742 г. вышел именной Указ, по которому дворян из Морской Академии стали выпускать на флот только гардемаринами, а разночинцев в прочие чины, в том числе и в штурмана.
      С 1745 г. в гардемаринскую роту из низших рот, в том числе и из штурманской, было запрещено зачислять детей разночинцев. В это же время последовало указание от Адмиралтейств-коллегии, чтобы «в штурманах никому из шляхетства не быть». Так было закреплено разделение и образования, и службы на так называемую «морскую», или линейную и специальную. В линейную службу шли дворяне после выпуска из Морской академии (Морского шляхетного кадетского корпуса с 1752 г.), занимая поочередно ступеньки в корабельной службе от вахтенного офицера до командира корабля и командующего флотом. Выпускники же, ставшие штурманами, получали специальные чины (сухопутные или гражданские, впоследствии) и не допускались к командованию кораблями (соединениями).
       Дальнейшее развитие флота привело к необходимости расширения и развития системы подготовки офицерских кадров. В этой связи Московская навигацкая школа и гардемаринская рота Морской академии были упразднены, а сама академия преобразована указом императрицы Елизаветы Петровны от 15 декабря 1752 г. в Морской шляхетный кадетский корпус, уравненный в правах с сухопутным Кадетским корпусом. Штат корпуса предусматривал обучение 360 человек (3 роты по 120 чел.). Состав рот был смешанный – в каждую входили по 3 учебные группы: гардемаринская (1-го класса), кадетские (2-го и 3-го классов).
      В корпусе изучалось 28 наук. Помимо серьезного изучения математики и цикла морских наук (мореходная астрономия, навигация), большое внимание уделялось изучению иностранных языков, военному делу (артиллерия и фортификация), а также гуманитарным наукам, таким как история, политика, мораль и география. Были введены предметы, для «шляхетского образования пристойные», – риторика, генеалогия и геральдика. Значительно слабее была поставлена практика, плавание на кораблях ограничивалось пределами Балтийского моря.
    Прикомандированный к корпусу морской офицер был обязан «изъяснять практические случаи по кораблевождению»; на имеющихся при корпусе двух моделях кораблей объяснять применение такелажа, корабельных орудий, внутреннее устройство корабля и размещение грузов. Во время плавания – обучать гардемаринов описывать берега и наносить их на карты, измерять фарватеры, проверять показания компаса, часов и уметь пользоваться другими мореходными инструментами.
     В 1771 г. для обеспечения офицерским составом создававшегося Черноморского флота в Херсоне Г.А. Потемкиным был открыт Черноморский Морской корпус. Выпускники Морских корпусов занимали строевые должности и штурманами не становились.
     В конце ХVIII в. морские корпуса выпускали достаточно строевых морских офицеров, единственная же Кронштадтская штурманская рота не могла удовлетворить потребность в штурманах. Особенно это стало заметно после создания и быстрого развития Черноморского флота. В результате на штурманские должности часто назначались слабо подготовленные, почти незнакомые с делом люди. Чтобы улучшить создавшееся положение, 22 февраля 1782 г. Адмиралтейств-коллегия приняла решение о создании штурманских училищ в Херсоне, Астрахани и Таганроге. Кроме этого были образованы специальные комиссии «... из флотских капитанов и других чинов» для приема выпускных экзаменов на звание штурмана. В 1782 г. штурманская рота была организована в Херсоне, однако, в Таганроге и Астрахани они так и не были открыты.
       В августе 1798 г. Указом императора Павла I Черноморский Морской корпус был упразднен, а Кронштадтская и Черноморская штурманские роты были преобразованы в Штурманские училища, «через что и будут иметь со временем флоты искусных штурманов». Кронштадтское штурманское училище было размещено в Итальянском дворце, где ранее находился Морской корпус. Черноморское штурманское училище вначале находилось в Херсоне, а затем было переведено в Николаев. Первыми директорами штурманских училищ были: Кронштадского – В.П. Фондезин, а Черноморского – граф В.И. Войнович.
      Штурманские училища получили современную для того времени учебно-материальную базу и опытных преподавателей. В училища принимались юноши без различия сословий с 9 лет и старше. Для Балтийского училища первоначально штат был утвержден в 895 учеников, а для Черноморского – в 271 учащегося. По аналогии с Морским корпусом в них было по 3 роты (класса). Учебным планом предусматривалось изучение арифметики, геометрии, рисования и черчения планов, тригонометрии плоской и сферической, навигации плоской и меркаторской, астрономии и английского языка. Сверх учебного плана изучались: геодезия, флотские эволюции, употребление карт и инструментов. Сроки перехода из класса в класс точно не определялись, однако более шести лет, не считая времени, необходимого на обучение грамоте и письму, учеников в школах не держали.
       Ежегодно проводились практические плавания, учащиеся 2-го класса использовались в качестве помощников штурманов, а 1-го класса – в качестве учеников. По окончании учебы сдавался экзамен. Лучшие выпускались на службу штурманскими помощниками 14 класса (с 1828 г. – прапорщиками Корпуса флотских штурманов), остальным присваивалось унтер-офицеров

Штурманский офицерский класс ВМФ России
      Таким образом, к началу XIX в. система русского военно-морского образования значительно изменяется и совершенствуется. В Морском кадетском корпусе, как в высшем военно-морском учебном заведении, после бесплодных попыток организовать обучение штурманов, сосредоточивается подготовка морских командирских кадров из детей дворянского сословия. Но при этом сохраняется геодезический класс для будущих гидрографов и преподавателей общих дисциплин в корпусе, состоящий из детей разночинцев. Для подготовки штурманов открываются специальные штурманские училища с меньшей программой обучения, комплектуемые в основном из детей разночинцев.

«…ежели капитан прикажет штурману в такие места идти, где он подлинно ведает, что от мелей и камень есть опасность, то он повинен о том капитану заранее объявить и смело об этом говорить !»
Морской Устав Петра 1, 1720 г.
§ 1.2. Организация и развитие штурманской службы в ХVIII – начале ХIХ века
      С 1709 г. молодой флот России впервые начал проводить наступательные действия на Балтийском море. Важнейшую роль в их обеспечении сыграли корабельные штурмана. По указанию Петра I начались систематические осмотры и рекогносцировочные морские описи в Финском, Рижском, Выборгском заливах и Або-Аландских шхерах. При движении флота в незнакомых местах, шхерах впереди всегда шел небольшой отряд судов, который осматривал берега и делал промеры. И естественно, этот титанический труд лег на плечи корабельных штурманов и из них же произведенных геодезистов и гидрографов.
     В 1715 г. началась работа над первым Морским уставом, для чего были переведены английский, голландский, датский, французский и шведский морские уставы. Она была завершена в 1720 г., когда вышел в свет первый Морской устав Российского военно-морского флота – «Книга Устав Морской о всем, что касается к доброму управлению в бытность флота на море». В нем подробно излагалась организация штурманской службы на кораблях, обязанности должностных лиц по обеспечению навигационной безопасности. Штурманы относились к унтер-офицерскому составу.
      На корабле в зависимости от количества пушек было 1–2 штурмана, у которых в подчинении находилось по 1-2 подштурмана. Так, при наличии на корабле 50–90 орудий по штату полагалось 2 штурмана и 2 подштурмана, при наличии 32 пушек – по 1 штурману и 2 подштурмана, 16–14 пушек – по 1 штурману и 1 подштурману. Должность штурмана по старшинству стояла между шкипером и боцманом. По вопросам кораблевождения он подчинялся непосредственно командиру корабля. Штурманы были обязаны получать припасы по штурманской части (компасы, магниты для намагничивания компасных стрелок, песочные часы, лоты и прочее). На линейном корабле в то время полагалось иметь 8 магнитных компасов и 10 песочных часов различной продолжительности от полминуты до получаса, включительно. При завершении кампании они докладывали капитану о расходовании припасов и сдавали остатки на склады (в магазины). Штурманы должны были иметь личные атласы морских навигационных карт, навигационные пособия и инструменты (градштоки, квадранты, ноктуралы, циркули и прочее). Они обязаны были содержать в порядке компасы, периодически их проверяя, следить за песочными часами. Перед походом в обязанности штурману вменялось осматривать руль.
       В море штурманы вели аналитическое счисление, записывая в свои журналы курс, пройденное расстояние, дрейф корабля, ветер, склонение компаса, течение моря, грунты и т.д., никому не позволяя с него списывать. При плавании вблизи побережья штурманы были обязаны его изучать, наносить на карты незнакомые мели и каменья. При постановке корабля на якорь они контролировали время его бросания в зависимости от дрейфа, а на якоре следили за перемещениями судна. После возвращения из похода штурманы предъявляли свои журналы капитану над штурманами.
      В Уставе была определена ответственность должностных лиц при посадке корабля на мель. Штурманы были обязаны предупреждать капитана о грозящих опасностях. Если по их вине происходила навигационная авария или корабль своевременно не прибывал к месту назначения, то «тому штурману надлежал штраф смертный, или ссылка на каторгу, по важности дела смотря в суде». Принахождении на корабле гардемаринов, штурман был обязан обучать их по полтора часа ежедневно штурманскому делу.Подштурман находился в подчинении штурмана. Он должен был выполнять его приказания, во всех делах ему помогая. А во время его отсутствия исполнять штурманские обязанности.Штурман и подштурман по порядку несения вахты подчинялись лейтенанту, который в современном понимании выполнял обязанности вахтенного офицера. Капитан был обязан руководить деятельностью штурманов и обучать офицеров штурманскому делу, т.е. руководить штурманской службой и штурманской подготовкой на вверенном ему корабле. Он должен был требовать от подчиненных, чтобы «всякий в своей должности искусен был», приказывать им определять место и вести журналы, не списывая со штурманского, проверять наличие у них навигационных инструментов. Сам он "держал верный журнал своего курса", назначал на карте место в дальних плаваниях, брал высоту по небесным светилам и проверял пройденное расстояние, контролировал штурманов в определении хода корабельного, выслушивал их доводы и выбирал лучшее.
       Штурманы на кораблях несли полную ответственность за безопасность кораблевождения, но не являлись офицерами и по сравнению с прочими унтер–офицерскими чинами не имели никаких преимуществ, питались из общего котла с командой и даже не были освобождены от телесных наказаний. Становится понятным, что среди выпускников Навигацкой школы и Морской академии очень редко находились лица, желающие быть штурманами. Все это приводило к тому, что на флоте постоянно не хватало штурманов.
       По «Регламенту об управлении адмиралтейством и верфью» от 5 апреля 1722 г. в целях улучшения специальной подготовки корабельные штурманы и подштурманы организационно сводились в одну роту, которой командовал капитан над штурманами. В помощь ему выделялся лейтенант и два унтер-лейтенанта. С января 1723 г. впервые после окончания кампании на зиму штурманы и подштурманы были откомандированы из экипажей кораблей в штурманскую роту. Ее первым командиром по приказу командира Кронштадтского порта вице-адмирала Сиверса стал капитан-лейтенант Ян Сорокольд, а его помощниками были назначены лейтенант Башилов и унтер–лейтенант Малыгин. В марте 1724 г. капитаном над штурманами был назначен капитан 2 ранга Клас Эктов, а его помощником – капитан-лейтенант Джон Франциско Бартоломео, исполнявший лоцманскую должность. В декабре 1724 г. Эктов умер, и на его место был поставлен капитан-лейтенант Мартын Янсен Гове.
      Выпускники штурманских рот и приглашаемые из-за границы навигаторы были объединены в 1727 г. в Корпус флотских штурманов. В этот период Адмиралтейств-коллегия обратила внимание на подготовленность русских штурманских чинов. Всем штурманским ученикам был устроен строгий разбор и экзамен. Было определено, что производство из штурманских учеников в подштурмана должно происходить только после серьезного экзамена и после исполнения первыми обязанностей последних на кораблях как минимум в одной кампании, так как «штурманская должность на корабле в немалой важности состоит». Штурманские ученики по успехам в учебе были разделены на 2 разряда.
       В 1732 г. была создана «Особливая комиссия для рассмотрения и приведения в надлежащий порядок флота как корабельного, так и галерного». Но мероприятия, предложенные комиссией, не улучшили дело, так как длительное время флот не выходил в дальние плавания, а стоял на Кронштадтском рейде. Предпринимаемые Адмиралтейств-коллегией меры позволили увеличить число русских штурманов низшего ранга, в то время как большинство должностей штурманов продолжали занимать иностранцы. Однако социальные условия работы штурманов не изменились. Если к этому времени шкиперы получили офицерские звания, то штурманы оставались в унтер-офицерских чинах.
      При Анне Иоанновне с 1733 г. Адмиралтейств-коллегия, чтобы не замедлять продвижение по службе «строевых» флотских унтер-лейтенантов (мичманов), запретила производство штурманов в унтер-лейтенанты. Им присваивали специально введенный по образцу английского флота чин мастера (равнялся армейскому капитану), необязательный для прохождения «строевыми» флотскими офицерами, но зато далее повышаться в чине – в лейтенанты флота (равнялся армейскому майору) могли только те из штурманов, кто был дворянского происхождения.
      С воцарением Елизаветы Петровны все преобразования Особливой комиссии были отменены, а флот было велено содержать по регламенту Петра I. Было восстановлено звание штурманских учеников, а звание мастера упразднено. Для штурманов стало возможно повышение в обер-офицерские звания независимо от происхождения. 3 декабря 1741 г. 16 мастеров были переименованы в лейтенанты, а 47 штурманов и подштурманов произведены в мичманы.
Штурманский офицерский класс ВМФ России
        Летом 1748 г. Морская коллегия впервые для штурманов ввела форму одежды. Штурманам «яко первым унтер-офицерам, положено носить кафтаны и штаны такого же колеру и манеру, как морские обер-офицеры имеют». Кафтаны и штаны были белого, а камзолы, обшлага и воротнички зеленого цвета. Они получили знаки различия. На воротниках их кафтанов появился позумент в один ряд, а на обшлагах в четыре ряда.
       В 1751 г. Адмиралтейств-коллегия, понимая ненормальность прохождения службы штурманов, руководствуясь Регламентом и примерами, бывшими при жизни Петра Великого, постановила производить в морские офицеры штурманов как из дворян, так и из разночинцев. Однако это постановление было опротестовано прокурором как не согласное с законами. 22 сентября 1753 г. появился Указ Сената, в котором предписывалось, что в штурманы никого из шляхетства не определять, а назначать только разночинцев. Штурманов бывших из дворян производить в мичманы наравне с флотскими чинами, а прочих отставлять. В определении Сената от 21 марта 1757 г. было сказано, что штурманов следует награждать сухопутными обер-офицерскими рангами, отдельно от морской обер-офицерской линии, а именно прапорщиками, подпоручиками, поручиками и капитанами.
      По «Регламенту об управлении адмиралтейством и флотом» Екатерины Алексеевны от 24 августа 1765 г. право перевода штурманов во флотские офицеры уже распространялось на всех штурманов вне зависимости от происхождения, правда, с личного разрешения императрицы.
      В 1797 г. вместо Устава Петра I по повелению императора Павла I был введен в действие Устав военного флота, составленный Г.Г. Кушелевым. В первой части этого устава были изложены обязанности лиц, состоявших при главнокомандующем. Перечень этих лиц был увеличен по сравнению с петровским уставом за счет профессора астрономии и навигации, историографа и рисовального мастера.
     Впервые в нашем флоте появилась должность профессора астрономии и навигации (в современном понятии – флагманского штурмана соединения, объединения, флота). Он должен был находиться на флагманском корабле при главнокомандующем и являлся начальником над всеми штурманами. В его обязанности входило:
– производить астронавигационные наблюдения и вычисления, проверять счисление и каждые сутки на открытых морях посредством сигнала извещать флот о месте флагманского корабля на карте, то есть в какой широте и долготе он находится;
– смотреть и учить находящихся на флоте гардемаринов и иметь начальство над всеми штурманами, которые обязаны были ему сообщать как о своем счислении, так и о всех наблюдениях;
– примечать и делать наблюдения о приливах, отливах, магнитном склонении («перемене магнитной стрелки») и тому подобное;
– замечать входы в гавани, рейды и со штурманами описывать «оныя, когда время и обстоятельства то исполнить позволят»;
– сдавать свои записи по окончании кампании в Адмиралтейств-коллегию.
      Введение на флоте должности историографа и исторических журналов позволило сохранить для потомства многие славные и памятные страницы истории нашего флота. Должность рисовального мастера, как правило, исполнял корабельный штурман.
      В новом Уставе военного флота не только более подробно регламентировалась деятельность штурманов, но и были определены обязанности других флотских офицеров по кораблевождению, а не только командира корабля, как было ранее. В соответствии с новым уставным документом штурманы должны были:
– вести «вседневную записку» или журнал (навигационный, в современном представлении), в который при стоянке на якоре записывать «какой был ветер и откуда, приходящие и отходящие суда, привоз чего-либо на корабль, сигналы, позывы, съезды, торжества, при них обряды и украшения кораблей и тому подобное»;
– под парусами в журнале указывать «где имеется плавание, какие корабли или суда во флоте; ежечасно записывать курс, силу и сторону, откуда дует ветер, какие несут паруса, дрейф, узлы; каждые сутки делать счисление и записывать оное во особливой табличке, где означать переплытое разстояние, суточный румб, плавание в какой стороне и в каком разстоянии ближние земли, виды берегов, мели, каменья и тому подобное»;

– при всякой возможности определять место и поправку компаса и результаты записывать в журнал: «когда есть возможность, брать обсервацию, находить по ней широту места и склонение компаса и все оное записывать в журнал»;
– следить за навигационными приборами: «надсматривать, чтобы песочные часы были исправны, лаг развязан верно, на полминутную склянку разстоянием от узла 50 фут и 11,5 дюймов»;
– каждую вахту (или 1 раз в 4 часа) сдавать счисление, показав место на карте, и доложить об этом капитану;
– не давать списывать со своего журнала гардемаринам или офицерам, чтобы они сами вели свои журналы.
Капитан-лейтенант (старший помощник командира корабля) был обязан контролировать определение места, ведение счисления, заполнение журналов мичманами и штурманами, периодически, но не реже 1 раза в четыре часа, проверять нанесение ими места на карту.
     В обязанности капитана (командира корабля) входило: назначать на карте место, проверив счисление и вычислив высотную линию положения, ежедневно сравнивать данные журналов вахтенных лейтенантов (мичманов) и штурманов и, если обнаружится большое расхождение между ними, выяснить причины его появления. Он должен был наблюдать, чтобы все офицеры тренировались в определении места корабля, в ведении навигационной прокладки и журналов.
После смерти императора Павла I было предписано руководствоваться Уставом Петра I, который, пережив 9 переизданий, просуществовал до Крымской войны (1853–1856).
Но несмотря на прогрессивные изменения в организации штурманской службы штурманы и подштурманы оставались долгие годы без гарантии служебного роста. Это и понятно, так как большинство должностей по специальной службе занимали выходцы из обедневших дворян и разночинцы. Это приводило к тому, что желающих обучаться в штурманских ротах находилось все меньше и меньше. Обучение же в штурманской роте было длительным, требовало усидчивости, скрупулезности и тщательности в сложных астрономических расчетах. Поэтому на кораблях, как правило, флотские офицеры старались избегать штурманской работы.
«Штурманов, докторов и прочую сволочь во время боя на верхнюю палубу не пущать, дабы они своим мерзким видом не смущали христолюбивое воинство». Петр I
§ 1.3. Подготовка штурманов в штурманских училищах и в Морском корпусев ХIХ – начале ХХ века


      К началу ХIХ в. задача обеспечения русского флота штурманами так и не была решена. После грандиозных побед в эпоху царствования Екатерины II корабли русского флота длительное время отстаивались в базах. По признанию многих видных деятелей флота «штурманское дело из-за недостаточного содержания штурманов и до крайности стесненного производства их в чины доведено до такого упадка, что добрые путеисчислители во флоте совсем почти перевелись». В штурманском деле наблюдался кризис, необходимо было проводить большие изменения.
      В 1802 г. в Министерстве морских сил был сформирован Комитет образования флота – совещательный орган для проведения реформ Морского ведомства России. Наряду с вопросами улучшения отечественного кораблестроения, оборудования гаваней и портов он занимался реорганизацией штурманской службы и военно-морского образования. Этому был посвящен доклад специальной комиссии Александру I от 26 января 1804 г. «О новом положении штурманских чинов во Флоте и воспитанников в Училище по сей части».
В докладе было отмечено, что число учеников в училищах не соответствует количеству должностей подштурманов, а средств, выделяемых на содержание такого количества воспитанников, не хватает. Поэтому было предложено число учеников в училищах уменьшить, а вырученные средства направить на улучшение материально-бытовых условий для обучающихся. В докладе был поставлен вопрос о создании на флоте штурманской службы на постоянной основе, а до создания таковой вопросы кадровых перемещений штурманских чинов и другие специальные вопросы поручить руководству штурманских училищ. Доклад и предложения, в нем изложенные, были утверждены императором 10 февраля 1804 г.
      В 1804 – 1805 гг. штурманские училища были реорганизованы, срок обучения в них увеличился до восьми лет. В Кронштадтском штурманском училище по штату обучались 250 учеников с ежегодным выпуском в 30 человек, в Николаевском – 152 при выпуске 15 человек.
     В училища принимались дети морских служащих, а также дети дворян, обер-офицеров и мещан в возрасте 12–15 лет. Штурманские ученики распределялись по двум классам; во втором – младшем классе, ученики получали общеобразовательную подготовку примерно в объеме курса уездного училища. В зависимости от объема предварительных знаний учащиеся оставались во втором классе от трех до пяти лет. Летом ученики, достигшие 15 лет, ходили в плавание. После трех-пяти лет учебы и двух-трех учебных плаваний воспитанников после экзаменов переводили в первый класс. В первом классе изучались навигация, астрономия, риторика, логика, иностранные языки и, по желанию, дополнительные предметы, причем общеобразовательные предметы проходили по учебникам для уездных училищ.
     Окончившие курс наук сдавали в марте домашний экзамен, для чего назначалась комиссия из офицеров и штурманов. Потом от главного командира порта назначалась комиссия из флотских штаб-офицеров и штурманов, которая уже представляла экзаменовавшихся к проУчеников, отлично окончивших курс, производили в штурманские помощники 14 класса, а с хорошими оценками – в штурманские помощники унтер-офицерского ранга.
      В связи с тем, что с 1802 г. разрешалось откомандировывать морских офицеров и штурманов на коммерческие суда, для образования сословия вольных шкиперов и штурманов стали принимать в штурманские училища до 20 человек в каждое дополнительно для обеспечения торговых судов дальнего плавания. А с 1823 г. «коммерческие» ученики были приняты в штат училищ. При Кронштадтском штурманском училище долгое время существовал класс по подготовке лоцманов на 60 человек. Выпускники училищ проходили службу не только на военном, но и на торговом флоте, многие из них участвовали в кругосветных и дальних плаваниях, проводили научные исследования на морях и океанах.
      В 1825 г. по указу императора Николая I был учрежден Комитет по совершенствованию системы подготовки флотских офицеров. В этот период структура военно-морского образования, режим учебных заведений подгоняются под требования николаевской военной дисциплины. Указом от 4 июня 1826 г. штурманские училища были переименованы в штурманские роты – Кронштадтскую и Черноморскую.
      10 марта 1827 г. Балтийская штурманская рота преобразовывается в 1-й Штурманский полуэкипаж со штатом в 450 учащихся и 9-летней программой обучения для «снабжения Балтийского флота штурманскими кондукторами, свое дело совершенно знающими». Черноморская штурманская рота сохранила свое название и штат, но курс обучения, правила приема и выпуска соответствовали 1-у Штурманскому полуэкипажу.
      К выпускникам предъявлялись высокие требования. Они должны были в совершенстве знать штурманские науки и практические обязанности штурманов. За время обучения они должны были для практики побывать в дальних морях не менее 6–7 раз. Выпускались кадеты, как правило, в возрасте старше 22 лет. При выпуске им устраивался экзамен, который проводился в присутствии генерал-гидрографа, главного командира Кронштадтского порта и прочих чинов. Те из кадетов, которые на экзамене показывали отличные знания, производились с 1828 г. при выпуске в прапорщики Корпуса флотских штурманов, а прочие, хорошо успевающие, – в штурманские кондукторы.
       31 июля 1851 г. были приняты дополнительные статьи к положению о 1-м Штурманском полуэкипаже. В нем была учреждена кондукторская рота с целью снабжения флота штурманскими офицерами. Новым штатом предусматривалось обучение в полуэкипаже 400 человек, а с кондукторской ротой – 450 человек. С 1799 по 1855 г. это учебное заведение подготовило 1187 штурманов и их помощников.
      Крымская война (1853–1856) выявила серьезные проблемы в подготовке офицерского корпуса. 9 мая 1856 г. 1-й Штурманский полуэкипаж приказом его императорского Высочества генерал-адмирала Константина был переименован в Штурманское училище «с присвоением командиру оного звания начальника штурманского училища» и подчинен Инспекторскому департаменту Морского министерства. Первым начальником училища стал полковник А.К. Давыдов, которого вскоре сменил генерал-майор А.М. Голенищев-Кутузов. С февраля 1860 г. долгие годы Штурманским училищем руководил прекрасный педагог капитан 1 ранга (впоследствии адмирал) А.И. Зеленой, много сделавший для его процветания.
     В организации училища и учебном процессе произошли значительные изменения. Всех воспитанников разделили на 4 отделения. В старших классах прекратили преподавание истории и географии и вдвое увеличили количество часов, отводившихся на изучение морской съемки, лоции и физической географии океанов. В младших классах усилили преподавание русского языка, отменив уроки чтения и сократив число часов на чистописание. С 1862 г. началось преподавание начертательной геометрии и дифференциального исчисления. Обязательными стали английский и французский языки. В летнее время воспитанники старшего класса проходили морскую практику на лоцманском судне «Нептун», винтовых лодках и занимались постановкой вех по Финскому заливу. Второй класс направлялся на береговую практику в Транзунд, где воспитанники производили съемку берегов, выполняли промер и астрономические наблюдения. Младшие классы вместе с кадетами Морского корпуса уходили в учебное плавание на фрегате «Громобой» и винтовой лодке «Марево».
      Для Сибирской флотилии с 50-х годов ХIХ в. офицеров флота, в том числе предназначавшихся на штурманские должности, готовило училище в Николаевске-на-Амуре. Продолжало подготовку штурманов и Охотское штурманское училище. В 1856 г. Морское министерство отмечало, что «Охотская школа дала уже несколько не только хороших, но и отличных офицеров в корпусе штурманов».
      В 1867 г. артиллерийские воспитанники Морского инженерно-артиллерийского училища, были переведены в Кронштадтское штурманское училище, и оно стало именоваться Штурманско-артиллерийским училищем. А в 1872 г. еще и инженерное училище было переведено в Кронштадт и присоединено к Штурманско-артиллерийскому. Объединенное учебное заведение 11 июня 1872 г. получило название Технического училища Морского ведомства. Это было высшее учебное заведение со штатом 225 человек и 4-летним сроком обучения. В нем было 4 отделения: штурманское, артиллерийское, кораблестроительное и механическое. В первом приготовительном классе проходили русский язык и словесность, общую и русскую историю, законоведение, алгебру, геометрию, физику, интегральное и дифференциальное исчисление, закон Божий.
      В спецкурсе штурманского отделения изучались: навигация, девиация компасов и магнитные наблюдения, астрономия, морская съемка, физическая география и лоция, морская практика, военно-морская история, тактика, эволюции корабля и элементарный курс кораблевождения. Прием в Техническое училище осуществлялся после экзамена для молодых людей в возрасте 15–17 лет, окончивших 5 классов гимназии (с 1894 г. – 6 классов) или реального училища. Ежегодный прием составлял 46–58 человек (на 4 отдела), а выпуск от 32 до 48 человек. Из принятых за эти годы 369 человек: детей дворян было 34, детей чиновников – 137, детей священников – 11, детей офицеров – 57, детей купцов – 36, детей мещан – 85, крестьянских детей – 9. То есть сословный состав училища резко отличался от состава Морского корпуса. С 1873 по 1879 гг. училище подготовило 293 специалиста, среди которых стали известными штурманами и гидрографами И.И. Конюшков, Н.В. Морозов, И.С. Сергеев, В.И. Филипповский, Д.Н Феодотьев.
      В 1860 г. штат Черноморской штурманской роты был уменьшен до 130 человек. В 1872 г., по предложению вице-адмирала Б.А. Глазенапа Черноморская штурманская рота и 2-й учебный морской экипаж были преобразованы в Николаевскую портовую ремесленную школу. За время своего существования Черноморская штурманская рота подготовила свыше 450 штурманов.
В 1859–1860 гг. поборником реформы морского образования в России выступил ученик Лазарева крупный дипломат и исследователь адмирал Е.В. Путятин, который в своих статьях и докладах отмечал неподготовленность молодых людей, поступающих в морские учебные заведения, перегруженность программ, указывал на недостаток практических занятий и слабость воспитательной работы среди учащихся. В докладах и статьях Путятина проводилась мысль о необходимости коренной реформы морского образования.
      Выдающаяся роль в военно-морском образовании принадлежит Воину Андреевичу Римскому-Корсакову, с 1861 г. возглавившему Морской корпус. Он неоднократно выступал в печати, развивая передовые для того времени педагогические идеи. Наиболее полно они сформулированы в его статье «О морском воспитании». Не отрицая ценности и важности учета и изучения достижений мировой науки и техники, а также и учебно-педагогического опыта, В.А. Римский-Корсаков категорически отвергал механическое перенесение зарубежных культурно-познавательных ценностей на русскую почву иигнорирование русского боевого опыта, славных военно-морских традиций, выдающихся достижений отечественной науки и техники.
     С 1883 г. в связи с планируемой реорганизацией корпуса флотских штурманов прием в Морское Техническое училище (бывшее Техническое училище Морского ведомства) на штурманское отделение был прекращен. Последний выпуск штурманов состоялся в 1887 г.
     В 1885 г. императором Александром III были утверждены Правила об упразднении корпусов флотских штурманов и морской артиллерии. В соответствии с ними должности корабельных штурманов должны были постепенно замещаться строевыми (флотскими) офицерами, окончившими Морской корпус (с 1867 г. – Морское училище). Для этого в нем было введено усиленное преподавание таких дисциплин кораблевождения, как астрономия, навигация и лоция.
      Курс Морского училища в это время был рассчитан на четыре года. В его четырех классах изучали общеобразовательные предметы, физико-математические и специальные дисциплины. В состав общеобразовательных предметов входили русский и английский языки, история, законоведение – 35 % учебного времени. В состав физико-математических дисциплин – физика, алгебра, геометрия, тригонометрия, высшая математика и механика – 25 % учебного времени. В число специальных дисциплин – корабельная архитектура, теория корабля, пароходная механика, навигация, морская съемка, астрономия, морская практика, фортификация, морская артиллерия, военно-морская история и тактика, география моря и метеорология, занимавшие до 40 % учебного времени.
       Теоретические занятия велись с 8 до 11 часов и с 12 часов 30 минут до 2 часов, а практические с 2 часов до 3 часов 30 минут. На приготовление уроков давалось три с половиной часа. Знания оценивали по 12-балльной системе. При переходе из класса в класс в конце года устраивались репетиции, на которых надо было иметь не ниже шести баллов по каждому предмету. С 25 мая по 25 августа воспитанники уходили в трехмесячное плавание.
С 1875 г. при Морском училище были открыты двухгодичные – младший приготовительный и общий – классы. В общий класс принимались юноши от 15 до 18 лет, а в приготовительный – от 13 до 15 лет. Обучение в этих классах продолжалось два года. Таким образом, курс Морского училища увеличился до шести лет.
      В Николаеве в 1872 г. были открыты трехгодичные юнкерские классы, куда принимались лица 19 лет на тех же основаниях, что и в Морское училище, - со знаниями в объеме пяти классов реальной гимназии и подготовительного класса Морского училища. Морские юнкерские классы в Николаеве, имели программу Морского училища, срок обучения 3 года и штат – 60 человек. С 1874 по 1879 гг. это учебное заведение окончили 118 человек.
      В 1891 г. Морское училище было вновь переименовано в Морской кадетский корпус. По положению 1894 г. открытые в 1875 г. приготовительный и общий классы вошли в общее число шести классов корпуса, из которых три были общеобразовательными, а три – специальными. Структура корпуса в значительной мере была восстановлена в том виде, в каком она была до реформ 60-х годов. В корпус принимались сыновья адмиралов, штаб- и обер-офицеров флота и потомственных дворян. В 1898 г. число воспитанников в Морском кадетском корпусе было доведено до 600 человек.
      В корпусе наряду с общей подготовкой и специализацией по артиллерии и минному делу каждый выпускник готовился к назначению на младшие штурманские должности и к выполнению обязанностей вахтенного офицера. Обучение в нем к 1891 г. состояло из трех частей. Первая часть – подготовительное отделение, позволявшее принимать детей в возрасте 12 лет. Вторая часть – одногодичный курс по программе 6-го класса гимназии, и, наконец, третья часть – морской курс, рассчитанный на 3-годичное обучение. В учебный план входили такие дисциплины кораблевождения, как навигация, астрономия, девиация компасов, морская съемка. Тактические дисциплины – морская тактика, минное дело, морская артиллерия, физическая география, история военно-морского искусства. Инженерные – кораблестроение, пароходная механика, теория корабля, теоретическая механика, фортификация, электротехника. Общеобразовательные – аналитическая геометрия, дифференциальное и интегральное исчисление, морская администрация, законоведение, закон Божий, гигиена, русский, английский и французский языки. В период с 1867 по 1900 гг. Морское училище подготовило 2392 офицера.
В.А. Римский-Корсаков
Штурманский офицерский класс ВМФ России

    В общей системе подготовки военно-морских кадров начала XX столетия особенно трудной была задача обучения и формирования кадров морских командиров и штурманов, так как паровой флот с мощным техническим оснащением требовал от них гораздо больших оперативно-технических знаний, чем это нужно было при парусном флоте.
    Руководство Морского корпуса, пытаясь создать учебную программу, соответствующую новым требованиям, механически пополнило ее специальными дисциплинами, по которым давались отрывочные и неполные сведения. Такому нагромождению предметов способствовало и закрытие в 80-х годах XIX в. штурманского и артиллерийского отделений Морского инженерного училища, в связи с чем специальные дисциплины этих отделений были автоматически включены в учебный план Морского корпуса.
Практическая подготовка кадетов проводилась в условиях, отличающихся от реальных условий плавания на боевых кораблях. Воспитание будущих морских офицеров сводилось к соблюдению внешней религиозности, к показной выправке и внедрению «верноподданнических чувств», а состав учеников, комплектуемый из дворянско-чиновнических кругов, обусловливал у оканчивающих корпус кастовый дух.
Морской корпус, выпуская корабельных офицеров, давал им по штурманской, артиллерийской и минной специальностям удовлетворительные теоретические знания, но слишком ученические, неполные и нетвердые практические навыки. Все это влекло за собой необходимость дальнейшей подготовки выпускников корпуса на специальных офицерских классах и в Морской академии, которые во второй половине XIX в. были созданы в России.офицерский класс ВМФ России

«Шли они дерзко под ропот ветров,
В плаваньях были годами…
Сколько же есть на морях островов,
Названных их именами».
Я. Шведов


§ 1.4. Развитие штурманской службы ВМФ России в ХIХ - начале ХХ века


     По предложению специальной комиссии, работавшей в 1804 г., число штурманских должностей на флоте было значительно сокращено. На кораблях оставили по одному старшему штурману с 2–3 помощниками, причем на 100-пушечном линейном корабле ему полагалось иметь штаб-офицерский чин (штурман VIII класса). Было возрождено производство штурманов в морские офицеры, ускорено чинопроизводство, существенно увеличено жалованье. Из чина в чин штурмана стали производиться по экзамену, а в прочие классы – по старшинству.
С учреждением старших штурманов лучшим из них открылась возможность достижения более высоких чинов и, кроме того, в награду разрешено отлично служащих по представлению командиров судов и флагманов переводить во флотские офицеры.
    13 апреля 1827 г. были утверждены положение и штат Корпуса флотских штурманов. В соответствии с положением штурманы вновь вместо гражданских получили военные чины, соответствовавшие чинам топографов сухопутного ведомства. Переименовывались в военные чины только те из штурманов и их помощников, которые заслужили это по поведению и знаниям. Остальные оставались в прежних гражданских чинах и окладах. Получившие военные звания могли расти в чинах вплоть до генеральского ранга, включительно.
     1 октября 1827 г. в составе Морского штаба, созданного вместо Адмиралтейств-коллегии и Адмиралтейского департамента, было учреждено Управление генерал-гидрографа и в его составе Корпус флотских штурманов. Управление генерал-гидрографа состояло из канцелярии и Гидрографического депо, имевших по два отделения. На них возлагалась вся ответственность за проведение гидрографических исследований, навигационное оборудование районов плавания, составление и издание карт, руководств и пособий для плавания, обеспечении ими и мореходными инструментами кораблей флота.
     Корпус флотских штурманов возглавлял генерал-гидрограф, на которого через его канцелярию замыкались частные инспекторы Балтийского и Черноморского флотов, а также Каспийского и Охотского морей. Инспекторы руководили деятельностью корабельных штурманов. Первым начальником управления и Корпуса флотских штурманов стал вице-адмирал Г.А. Сарычев. Частным инспектором Балтийского моря был командир 1-го штурманского полуэкипажа.
    Сложившаяся на русском флоте своеобразная система комплектования штурманских кадров открывала некоторый доступ свежих сил в довольно замкнутую в то время среду родовой дворянской аристократии, из которой комплектовался офицерский состав флота. Корпус флотских штурманов пополнялся большим количеством представителей недворянских сословий: духовенства, ремесленников, мещан, разночинцев. Находясь в тесном взаимодействии с управлением генерал-гидрографа, являвшимся одним из основных научных учреждений России, штурмана флота, с одной стороны, впитывали в себя его лучшие традиции, а с другой, оказывали омолаживающее влияние и на ту среду, в которую попадали.
       Эти факторы и предопределили пути развития отечественного кораблевождения и с первых же шагов поставили его на научную основу, обеспечив русским штурманам славу лучших в мире, славу творцов штурманского искусства, а не узких ремесленников, каковыми были большинство судоводителей в иностранных, даже передовых в то время флотах.
      Одним из первых распоряжений Г.А. Сарычева явилось введение на кораблях флота механических часов вместо песочных. В штурманскую практику вводится одновременное определение в море широты и долготы по высотам светил и пройденному расстоянию между пунктами измерения высот. Для обобщения опыта материалы по гидрографии и штурманскому делу начинают публиковать в «Записках ученого комитета морского штаба».
    В 1837 г. вместо Управления генерал-гидрографа создается Гидрографический департамент Морского министерства с теми же, что и раньше, функциями под руководством директора, подчиненного начальнику Главного морского штаба. Первое отделение департамента ведало Корпусом флотских штурманов.
      В 1867 г. с продажей США Аляски и Алеутских островов заканчивается эпоха кругосветных плаваний русских парусных кораблей. В период с 1803 по 1866 гг. было выполнено 28 плаваний (12 по западному и 16 по восточному маршрутам). В них участвовало 31 парусное судно. Кругосветные плавания сформировали у российских моряков океанское мышление, оказавшее существенное влияние на решение вопросов строительства и использования военного флота. Произошло приобщение российских моряков к мировой штурманской и гидрографической науке и практике, а также совершенствование отечественных технических средств навигации. За период плаваний и открытий история сохранила имена штурманов В. Сполохова, Д. Калинина, А. Елкина, О. Хлебникова, И. Белавенца.
В середине ХIХ в. происходил постепенный переход от парусного к паровому флоту. Это нашло отражение в новом Морском уставе 1853 г., который переиздавался 6 раз и просуществовал до 1917 г. С вводом его в действие произошли значительные изменения в организации штурманской службы. В нем было определено, что при главнокомандующем должен находиться штаб, возглавляемый начальником штаба флота, постоянно, а не только на период кампании при выходе флота в море, как было раньше. В дивизиях и бригадах впервые предусматривалась должность старшего штурманского офицера, а в штабе при главнокомандующем появилась должность начальника штурманов. Таким образом, на флоте, объединениях и соединениях были впервые введены должности флагманских штурманов на постоянной основе, а не временные (только на выход в море), как было предусмотрено Уставом военного флота 1797 г., и не береговые, как в Уставе Петра Великого 1720 г.
        Свое современное название должность начальника штурманов – флагманский штурман – получила в 1869 г. в последующей редакции Морского устава. В этом документе обязанности флагманского штурмана были изложены в главе 4 отдела 4. Они являлись логическим развитием обязанностей профессора астрономии и навигации, не изменялись до 1917 г. и практически полностью вошли в современные обязанности флагманского штурмана, изложенные в Правилах организации штурманской службы кораблей ВМФ России.
      Флагманский штурман (по Морскому уставу редакции 1869 г.) назначался из чинов Корпуса флотских штурманов или флотских офицеров (с 1885 г.). Он заведовал штурманской частью на кораблях соединения и должен был наблюдать, чтобы все корабли были снабжены в полном количестве проверенными инструментами «для путесчисления», а также навигационными таблицами, собранием карт и планов, лоциями тех морей, где флоту надлежит плавать. При отправлении кораблей соединения в заграничное плавание он был обязан собирать все возможные сведения о гидрографии тех мест, где они должны будут находиться.
     Во время кампании флагманский штурман должен был находиться на флагманском корабле и постоянно наблюдать за правильностью «путесчисления», а также астрономических и других наблюдений, выполняемых на кораблях штурманскими чинами. При любой возможности, когда это было необходимо, он был обязан лично определять место корабля и поправку компаса. Когда корабли были на ходу, то флагманский штурман должен был постоянно заботиться о безопасности кораблей от посадки на мель. Если он полагал, что курс флота, или его отдельных кораблей, ведет к опасности или может быть свыгодой изменен, то был обязан немедленно доложить об этом флагману (главнокомандующему) и начальнику его штаба.
     С разрешения вышестоящего командования он должен был осматривать корабли соединения для «удостоверения в исправности предметов по штурманской части». Заметив какую-либо неисправность в этом отношении, он был обязан уведомить о том командира корабля и немедленно доложить своему начальнику штаба.
По окончании кампании флагманский штурман получал от штурманских офицеров соединения собранные ими сведения о тех местах, где они находились, и представлял их со своими замечаниями начальнику штаба.
В главе 7 Морского устава (1869) изложены обязанности чинов Корпуса флотских штурманов (в дальнейших редакциях Устава, начиная с 1885 г. – обязанности штурманских офицеров). Старший штурман был непосредственным помощником командира корабля по кораблевождению – «путесчислению» корабля. Он отвечал за верность всех данных по этим вопросам представляемых командиру. Он был обязан предупреждать командира о любой опасности, находящейся на пути корабля и вблизи него.
      Штурмана были обязаны следить за техническими средствами, проверять лаглини и лотлини, при всяком удобном случае определять состояние и ход хронометров, а также проверять исправность всех инструментов, определять девиацию главного компаса при выходе на рейд и сравнивать с ним показания всех имевшихся на корабле компасов. По окончании каждой вахты штурмана, выполнив счисление, прокладывали место корабля на карте. При плавании корабля вблизи берега или в узкости его место должно было определяться как можно чаще по пеленгам и углам на береговые ориентиры. Штурмана были обязаны использовать каждый удобный случай для определения места корабля и поправки компаса посредством астрономических наблюдений. Во всех случаях, требующих немедленных действий для избежания опасности, находящейся на пути корабля или вблизи его, старший и вахтенный штурманы обязаны были предупредить об этом вахтенного начальника (вахтенного офицера).
В Уставе были определены обязанности штурманов по обучению личного состава, т.е. появилась специальная подготовка в штурманских частях кораблей. Они должны были заботиться о том, чтобы рулевые твердо знали компас, достигали совершенства в бросании лота.
      Организация несения вахты штурманскими офицерами во многом напоминала современную. Командир корабля расписывал время несения вахты каждым штурманом в зависимости от их числа, за исключением старшего штурмана, если на корабле находилось кроме него не менее двух штурманов. При выходе на рейд штурманские офицеры начинали нести вахтенную службу и ведение вахтенного журнала, т.е. нести специальную вахту. Вахтенные штурманы были обязаны сохранять предписанный курс, не имели права без приказания вахтенного начальника его изменять. Они должны были наблюдать за деятельностью рулевых. Штурманы определяли 1 раз в час (в последующих редакциях Устава, 1 раз в полчаса и чаще) скорость корабля по лагу, докладывая ее значение каждый раз вахтенному начальнику (вахтенному офицеру).
      Штурманские кондукторы (ранее именовались подштурманами или штурманскими помощниками) находились в подчинении старшего из штурманов, и, смотря по числу последних, чередовались с ними при несении специальной вахты, исполняя все предписания штурманов.
      Организация Корпуса флотских штурманов привела к тому, что флотские офицеры все меньше стали заниматься штурманским делом, ухудшилась штурманская подготовка командного состава кораблей. Поэтому руководство флота, начиная с 1863 г., планировало назначать флотских офицеров на должности чинов Корпуса флотских штурманов и начало проводить подготовку к этому и, прежде всего в учебных заведениях флота. Попытка объединить линейную и специальную службы встречала трудности из-за неготовности флотских офицеров возглавить штурманские части кораблей, поэтому реформа откладывалась.
      12 июля 1885 г. были утверждены «Правила об упразднении корпусов флотских штурманов …». В них было определено, что на всех 210 штурманских должностях, имевшихся в составе Морского ведомства (в походных штабах и на судах), офицеры Корпуса флотских штурманов по мере возможности будут замещаться флотскими офицерами. Для того чтобы этот процесс проходил быстрей, предусматривалось: понижение предельного возраста службы обер-офицерами, сокращение срока выслуги полного оклада пенсии до 30 лет для более раннего выхода на пенсию офицеров Корпуса флотских штурманов. Был упрощен механизм перехода молодых офицеров из Корпуса флотских штурманов во флотские офицеры. С упразднением Корпуса флотских штурманов штурманская служба флота окончательно вышла из подчинения Гидрографического департамента (Главного гидрографического управления).
       Должности флагманских и корабельных штурманов стали постепенно занимать подготовленные флотские офицеры. Этот процесс затянулся на длительный срок и только в 1912 г. оставшиеся офицеры Корпуса флотских штурманов были включены во вновь сформированный Корпус гидрографов.
      Необходимо только отметить, что в связи с появлением оперативных органов на флоте, флагманские штурманы помимо руководства штурманскими службами своих соединений и объединений (флота) занимались организацией связи, ведением разведки и оперативными вопросами. Так, в соответствии с «Положением о штабах частей флота» 1912 г. в штабах соединений линейных кораблей, крейсеров, легких крейсеров и минных судов флагманские штурманы руководили оперативной частью своих соединений. Отвечали за устройство связи между судами и за сигналопроизводство, за сбор и обработку статистических сведений. Участвовали в составлении учебного и мобилизационного планов соединения, в работе комиссии по капитальному ремонту судов.
     Флагманский штурман эскадры (корабельного соединения на выходе в море) входил в оперативную часть штаба, где возглавлял разведывательное бюро, а флагманский штурман флота в штабе командующего флотом или Морских сил являлся помощником начальника оперативного отдела (флаг-капитана).
ГЛАВА 2
ШТУРМАНСКИЙ ОФИЦЕРСКИЙ КЛАСС ВМФ РОССИИ В ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЙ ПЕРИОД (1887–1917)

«По офицерам, признанным знающими основательно штурманское дело, вести особые списки и лучших из них назначать в плавание преимущественно перед другими»
Инструкция о занятиях флотских офицеров штурманским делом (1887 г.)

§ 2.1. Создание Штурманских офицерских классов
      Необходимость дополнительной подготовки офицеров была определена Адмиралтейским регламентом, введенным в действие 5 апреля 1722 г. Он предписывал офицерам (лейтенантам и унтер лейтенантам) даже после окончания Морской академии дальнейшее совершенствование в науках.
     Впервые официальная школа такой подготовки была создана во время реформ по укреплению флота, предпринятых по инициативе императора Павла I. По его приказу, отданному командующим Балтийским и Черноморским флотами и отдельными флотилиями, в 1797 г. при главных портах России были учреждены специальные офицерские классы, в которых ежедневно должны были собираться свободные от службы офицеры, капитаны и флагманы. В них изучались дисциплины, связанные в основном с подготовкой по кораблевождению: навигация, астрономия, лоция, тактика, эволюции кораблей.

Высочайшее Повеление. Санкт-Петербург, 1797 года, Генваря, 26 дня
"Господин адмирал…
Извольте утвердить по парусному и гребному флоту (по Вашей флотилии) в Кронштадте (Роченсальме, Ревеле, Николаеве, Севастополе) класс как для флагманов, капитанов, так и офицеров, в которых собираться ежедневно всем тем, кои того дня службой заняты не будут. В классах проходить все нужные для морского офицера науки, как-то: тактику, эволюцию, навигацию, практику и о корабельной архитектуре; равномерно читать новый Устав. В прочем пребываю Вами благосклонен." Павел
Классы действовали до конца царствования Павла I.
    В дальнейшем это важное для флота начинание было продолжено известным русским мореплавателем и ученым адмиралом И.Ф. Крузенштерном. 29 января 1827 г. по его предложению при Морском кадетском корпусе учреждается Офицерский класс. Вначале в него принимали 6–8 офицеров из числа успешно окончивших Морской корпус. С 1841 г. к слушанию лекций в классе стали допускаться лучшие офицеры Корпуса флотских штурманов, Корпуса морской артиллерии и другие корабельные офицеры. В 1862 г. офицерский класс был преобразован в Академический курс морских наук, а в 1877 г. – в Николаевскую Морскую академию.
   Хороший уровень подготовки штурманов в Штурманских училищах обеспечивал российский флот высококвалифицированными специалистами. Но по мере того как упорядочивалась воспитательная и учебная обстановка воспитанников штурманских училищ, ненормальность служебного положения штурманов чувствовалась сильнее и сильнее, и вызывала настоятельную потребность коренного преобразования штурманской части во флоте. «Штурман, с детства набивший руку в прокладке по карте, в наблюдениях и вычислениях, в ведении шканечного журнала, в употреблении лага и лота, знавший свое море, как свою каюту, играл важную роль на корабле». Словом, его познания нужны были везде, и под парусами штурман почти не раздевался. Потому и существовала пословица: «якорь в воду – штурман в койку». Штурману кланялись, угождали на корабле и на штурмана не смотрели на берегу. Обособленные от строевого офицерского состава флота, ущемленные в производстве, штурмана «колдовали над своими компасами и секстанами, получая, надо им отдать справедливость, действительно отличные результаты работы». Они не допускали к своим таинствам неспециалистов, «непосвященных», каковыми считали тогдашних флотских офицеров.
     Все хорошо понимали, что «на штурмане непосредственно после командира лежит вся ответственность за безопасность плавания. Он же является главным и ближайшим помощником командира при управлении судном, а от маневрирования последнего зависит более или менее удачное действие всех родов оружия. Сама штурманская специальность предъявляет офицеру громадные требования не только в смысле знаний, опыта, но и особых свойств характера, то есть требования даже большие, чем для других специалистов».
     С другой стороны, флотские офицеры не стремились к занятию штурманских должностей и к совершенствованию своей штурманской подготовки. Ведущие морские специалисты не раз отмечали их недостаточный уровень образования по кораблевождению и полную зависимость от штурмана корабля. Занимая затем командирские должности, флотские офицеры зачастую не обладали глубокими знаниями по вопросам обеспечения навигационной безопасности. Тревожность такого положения была осознана и высшим морским командованием.
    На протяжении 60–70 гг. XIX в. не раз создавались специальные комиссии для рассмотрения данных проблем и выработки предложений по их разрешению.
Мнения относительно сущности реформ разделились на два основных:
– «достигнуть цели уничтожением отличия штурманов от флотских офицеров, сравнив их с последними в служебной карьере и прочих привилегиях;
– упразднить Корпус флотских штурманов, так как его существование вредно влияет на флотских офицеров, устраняя их от занятий по кораблевождению, составляющих одно из необходимейших знаний истинного моряка».
    Сначала преобладало первое мнение, но постепенно идея о бесполезности Корпуса флотских штурманов приобрела большее число сторонников. Вопрос о реформе штурманской части неоднократно обсуждался на комиссиях, и когда большинство мнений стали склоняться к необходимости уничтожения корпуса, начали приниматься меры к осуществлению реформы.
   После утверждения в 1885 г. императором Александром III правил об упразднении корпусов флотских штурманов и морской артиллерии в Морском корпусе было введено усиленное преподавание таких дисциплин кораблевождения, как астрономия, навигация и лоция. Однако, как не раз отмечалось опытными специалистами, «при прохождении в Морском корпусе мореходных предметов наряду с предметами других специальностей морского дела, не может выработаться из юноши офицер, хотя бы теоретически вполне подготовленный к несению ответственной обязанности штурмана. Лишь после опыта плавания у офицера могут возникнуть запросы по специальности, и тут-то нужна высшая школа, которая могла бы дать ответы на эти вопросы».
И.Ф. Крузенштернуправляющий Морским Министерством адмирал И.А. Шестаков Приказом № 38 от 14 марта 1887 г. ввел в действие Инструкцию о занятиях флотских офицеров штурманским делом. В соответствии с этой Инструкцией при главных портах России (Кронштадском, Ревельском, Николаевском и Владивостокском) были организованы специальные Штурманские офицерские классы для проведения занятий по астрономии, девиации магнитных компасов и лоции. Кроме этого, в Инструкции были определены правила исполнения флотскими офицерами обязанностей младшего и старшего штурманских офицеров и организация штурманской подготовки на кораблях.
Приказ Управляющего Морским Министерством в С.-Петербурге, марта 14-го дня 1887 года, № 38
Приказом по Морскому Ведомству, от 14 октября 1885г. № 111, объявлено об упразднении Корпуса флотских штурманов. Озабочиваясь своевременным замещением офицеров этого корпуса – флотскими, предписываю принять к руководству прилагаемую инструкцию.
Подписал: Генерал-Адъютант – И. Шестаков –
По Главному Морскому Штабу
Инструкция
о занятиях флотских офицеров штурманским делом
      Все флотские офицеры, по существу своей службы и по специальному воспитанию в Морском Училище, должны признаваться знающими кораблевождение настолько, чтобы плавание корабля по назначенным курсам совершалось безопасно и вполне успешно.
Чтобы еще более способствовать практическому усвоению флотскими офицерами штурманских обязанностей, предложить:
1) Главным Командирам и Командирам портов, по представлению судовых командиров, назначать зимою обер-офицеров флота:
а) для астрономических наблюдений;
б) ведения хронометрического журнала;
в) определения девиации.
Первые два занятия (а, б) производить под руководством помощника астронома и третье (в) – под указанием заведующего магнитной обсерваторией. В портах, где нет астрономической и магнитной обсерваторий, для занятий с офицерами по пунктам а, б, в назначать одного офицера штурманского или флотского.
2) Для занятий назначить по следующей таблице
И.А. Шестаков

Название портов
Число занимающихся
флотских офицеров,
около
Число смен
Сколько месяцев
занимается каждая
смена
Число офицеров, руководящих занятиями по:
Количество
задач
Примечание
Астрономическим наблюдениям
Девиации
Лоции
В месяц каждому
В зиму, всем
Кронштадтский
Ревельский
Николаевский
Владивостокский
20
5
20
5
2
1
2
1
2
2
2
2
1 1
1
1 1
1
Флотские офицеры
занимаются
самостоятельно
без руководителя
45
45
45
45
360
90
360
90
Всего
50
---
---
6
---
---
900
Офицеров назначать по одному с каждого из судов 1, 2 и 3 рангов, идущих в плавание, за исключением миноносок и миноносцев, отрядов: артиллерийского и минного и тех судов, где по комплектации положено менее трех офицеров и обер-офицеров.
3) Общий, ближайший, надзор за этими занятиями на берегу поручить одному из судовых командиров, имя которого сообщать Главному Морскому штабу.
4) По офицерам, признанным знающими основательно штурманское дело, вести особые списки и лучших из них назначать в плавание преимущественно перед другими. К 1 января доставлять в Главный Морской штаб списки флотских офицеров, признанных способными к самостоятельному исполнению обязанностей старшего судового штурманского офицера.
5) Во внутреннем плавании первую половину кампании флотский офицер, назначенный на штурманскую обязанность, исполняет обязанность младшего штурманского офицера, а во второй половине кампании заступает место старшего штурманского офицера.
Замена эта производится приказами по кораблю и оба офицера обязываются подать командиру рапорты: флотский – о вступлении в должность и принятии всего имущества в свое ведение, а штурманский офицер – о сдаче имущества, причем представляет сдаточную ведомость за общей подписью.
6) Флотские офицеры, предназначенные занять в ближайшем плавании место младших штурманских офицеров, собственноручно исправляют карты под руководством старших штурманских офицеров своих судов.
Те же флотские офицеры принимают полное участие в качестве помощников при приеме дел старшим штурманским офицером всего имущества по штурманской части.
7) Во вторую половину кампании штурманский офицер следит за точным исполнением обязанностей флотским офицером настолько же, насколько и командир корабля, которому он и докладывает об отступлениях, могущих быть причиною опасности плавания корабля, не делая лично никаких замечаний офицеру, занявшему эту должность.
8) Флотские офицеры, исполняющие обязанности старшего штурманского офицера, по окончании плавания самолично сдают в подлежащие учреждения порта все имущество,Штурманский офицерский класс ВМФ России принятое ими во время плавания от старшего штурманского офицера, который, со своей стороны, оказывает к этой сдаче возможное содействие.
9) Флотские офицеры, исполняющие обязанности младшего штурманского офицера, руководствуются статьями Морского Устава, относящимися к этим лицам.
10) Морское довольствие старшего штурманского офицера и флотского офицера, занявшего его место, остается без изменений. Так, если флотский офицер назначен на корабль в штат вахтенных начальников, то получает морское довольствие как вахтенный начальник и во время исполнения обязанностей младшего или старшего штурманского офицера. Точно так же флотский офицер, занявший место вступившего на штурманскую обязанность, остается с тем морским довольствием, которое он получал до этого замещения. Таким образом, старший и младший штурманские офицеры получают всегда морское довольствие и береговое содержание, положенное по их обязанностям до этого замещения.
11) В начале заграничного плавания, флотский офицер, назначенный на обязанности младшего штурмана, остается в ней 3 месяца. После этого он вступает в должность старшего штурманского офицера, которую исполняет 6 месяцев. Следующий флотский офицер, занявший обязанность младшего штурманского офицера, остается в ней тоже 6 месяцев. Через 9 месяцев по выходе из русского порта за границу исполняющий должность старшего штурманского офицера сдает ее своему помощнику из флотских же офицеров, место которого займет другой флотский офицер. Через 15 месяцев произойдет новая смена.
Если в продолжении назначенных выше сроков плавания корабля не представится достаточной практики для штурманского дела, то сроки эти должны быть увеличены по усмотрению командиров судов.
Началом плавания считать выход в море за границу.
Примечание. Если командир плавающего за границей корабля затрудняется произвести очередную смену флотских офицеров на обязанность старшего штурмана, не имея в личном составе ни лейтенанта, ни мичмана, кроме специалистов, которым он мог доверить исполнение такой ответственной должности, то в очередь вступает на тот же срок 6 месяцев старший штурманский офицер.
12) Мичманы, как во внутреннем, так и в заграничном плаваниях ежедневно на ходу и на якоре наблюдают Солнце, для определения широты и долготы места.
Место корабля должно определять по способам: по полуденной высоте, по близ меридиональной высоте, по способу Сомнера.
13) Определение места корабля по звездным наблюдениям производить по мере возможности, но средним числом каждый мичман обязывается сделать не менее двух таких определений в месяц. Если в море пасмурность не позволяет иметь определений, то мичманы место корабля на карте определяют счислением.
Собственно для этой цели, сверх судовой потребности, на суда 1, 2 и 3 рангов отпускать, по усмотрению ГГУ, искусственные зеркальные горизонты, астрономические угломерные инструменты и необходимые таблицы.
14) Дозволяется освобождать мичманов от этих занятий, когда они будут представлять непосредственно командиру свои вычисления места не позже 15 минут после наблюдений, конечно, при условии точности в цифрах. Через каждые два месяца эти офицеры возобновляют свою практику опять до того же условия.
15) Мичманы обязуются непосредственно вести хронометрический журнал и делать ежедневно сличение хронометров: во внутреннем плавании – всю кампанию, а в заграничном – разделяются на две смены и чередуются через каждые 6 месяцев.
Примечание. Сличение хронометров производить перед 8-ю часами утра, непременно в присутствии штурманского офицера.
16) Мичманы вычисляют девиацию компасов всегда, когда ее определяют на корабле.
17) Так как каждый флотский офицер во всякое время должен быть готов к исполнению должности штурмана, то при входе в порты и выходе из них, а также при плавании в местностях, усеянных опасностями, мичманы под руководством старшего штурманского офицера знакомятся с лоцией и составляют заметки о безопасном плавании.
Примечание. На командиров возлагается заботливость, чтобы, по возможности, и все прочие флотские офицеры знакомились с входом в порты, на рейды, в бухты, присматривались к очертаниям берегов, ко всем особенностям плавания и вели записи, могущие послужить с пользою для наших судов.
18) Проверка хронометрических журналов, астрономических вычислений, счислений и вычислений девиации, а также лоцманских заметок возлагается на старшего штурманского офицера.
19) Статья 422 Морского Устава о представлении вахтенными начальниками, стоявшими от 4 до 8 утра, «выводов, как счисления, так и астрономических наблюдений в таблице, по установленной форме» должна исполняться самым точным образом, без малейших отступлений.
20) Начальники эскадр и командиры судов в отдельном плавании, в своих донесениях отдают отчет об исполнении настоящей инструкции, а через год или по окончании плавания, если оно было короче, представляют установленным порядком в Главный Морской штаб все работы мичманов в том виде, в каком они применялись и исправлялись.
21) Все замечания, какие начальники эскадр и командиры судов в отдельном плавании найдут полезными сделать в развитие и усовершенствование настоящей инструкции, присылают во всякое время в Главный Морской штаб, установленным для этого порядком.
Подписал: За начальника Главного Морского штаба
контр-адмирал П. Тыртов
Сверял: делопроизводитель М. Юханцов
    

     Штурманские офицерские классы в Кронштадте и Николаеве (затем в Севастополе) организовывались каждый год. В других портах они формировались по мере необходимости. Организационно классы подчинялись командиру порта. Преподавательский состав подбирался из флагманских штурманов и офицеров Гидрографической службы. Занятия проводились в основном в зимние месяцы – с конца ноября по март, т.е. в период, когда интенсивное плавание кораблей российского флота прекращалось.
      Для поступления в классы корабельные офицеры подавали рапорта по команде. Командиры кораблей и старшие штурманские офицеры были обязаны подтвердить способность офицеров к штурманскому делу. Начало занятий, руководители, состав учебных групп объявлялись приказами Главных командиров портов.
       Уже в конце 1887 г. в Штурманский офицерский класс в Николаеве были приняты 18 офицеров. По окончании лекционных и практических занятий в апреле 1888 г. специальная комиссия из флотских штурманов и преподавателей класса провела экзамены по астрономии, девиации, лоции и навигации. По их результатам 13 слушателей были признаны знающими штурманское дело и способными к самостоятельному исполнению обязанностей старшего судового штурманского офицера: лейтенанты Шарыгин, Тягин, Прокопович, Буткевич, Матусевич, Фридовский, Хрущев, Коландев 4-й, мичманы Ульянов, Шумовский, Яковлев 6-й, Радецкий 4-й.
     В 1888–1889 гг. в Николаевском штурманском офицерском классе прошли обучение уже 27 офицеров. Для проведения занятий с ними Главным командиром флота и портов Черного и Каспийского морей были изданы следующие приказы.

Главного командира флота и портов Черного и Каспийского морей. Николаев, декабря 31 дня 1888 г. № 553
В исполнение приказа Управляющего Морским министерством от 14 марта 1887 г. за № 38, приказываю зимние занятия с флотскими офицерами по штурманскому делу начать с 8 будущего января месяца. Общий и ближайший надзор за этими занятиями поручить капитану 2 ранга Пышнову, руководителями же занятий назначаются: лейтенант Уклонский 2-й и помощник астронома Николаевской морской обсерватории, состоящий в VIII классе Амосов.
Для слушания лекций назначаются: лейтенанты Юрковский, Матвей Хомиченко, Андрей Федоров, Зазулевич, Толмачев, Панфилов, Владимир Кузнецов, Барановский, Гузевич и Килященко, мичманы: Щадинов, Зубков, Максимов, Фентин и Цвет-Иванов.
Вице-адмирал А. Пещуров
     Кроме них, к занятиям были допущены мичманы Ведерников, Соколовский Тимиряев, Петров, Шмидт, Денисов, Зайченко, Долгов, Свенторжецкий, Карказ, Выходцевский, Митрофан Скаловский (занимавшийся в прошлом году, но не сдававший экзамены из-за ухода в плавание).
После проведения занятий для приема экзаменов была назначена комиссия из флотских офицеров, штурманов и преподавателей класса.
Приказ
Исполняющего должность Главного командира флота и портов Черного и Каспийского морей
Николаев, марта 30 дня 1889 г. № 103
На основании §4 Инструкции о занятиях офицеров по штурманскому делу требуется признанных знающими основательно это дело вести особые списки. Поэтому для проэкзаменования означенных офицеров назначается комиссия под руководством капитана 2 ранга Невражина из членов: капитана 2 ранга Королева и корпуса флотских штурманов капитана Некрылова, при участии наблюдающего за занятиями капитана 2 ранга Пышнова, руководителей занятий лейтенанта Уклонского 2-го и помощника астронома Амосова. Экзамены должны быть закончены к 10 апреля.
Контр-адмирал Гренквист
      В течение 3-х дней комиссия приняла выпускные экзамены: теоретические – по астрономии, девиации, лоции, навигации и практические – по решению различных задач кораблевождения. Результаты экзаменов были представлены Главному командиру флота и портов Черного и Азовского морей, который объявил их своим приказом.
Приказ
Исполняющего должность Главного командира флота и портов Черного и Каспийского морей. Николаев, апреля 4 дня 1889 г. № 117
Объявляю по вверенному мне флоту список офицеров, признанных назначенною для этого комиссией, знающими штурманское дело и способными к самостоятельному исполнению обязанностей старшего судового штурманского офицера: лейтенанты Владимир Юрковский, Константин Килященко, мичманы Константин Цвет-Иванов, Петр Ведерников, Митрофан Скаловский.
Нижепоименованные офицеры той же комиссией признаны знающими штурманское дело, но до назначения их на самостоятельную должность требующими практики в плавании: лейтенанты Матвей Хомиченко, Андрей Федоров, Иван Зазулевич, Михаил Толмачев, Владимир Панфилов.
Контр-адмирал Гренквист
      Через несколько лет в курс подготовки были добавлены такие предметы, как навигация, лоция и метеорология, установлены дополнительные штаты руководителей занятий, увеличен срок теоретического обучения, введена 2–4 недельная учебная практика на специально выделенных учебных судах.
      В Штурманских офицерских классах прошли обучение многие известные в будущем офицеры и адмиралы. Так, в 1896 г. их окончили Н.М. Яковлев и А.В. Шталь, в 1898 г. – И.Н. Дмитриев, в 1900 г. – А.П. Зеленой, в 1904 г. – братья Беренсы, в 1905 г. – В.Е. Клочковский, в 1908 г. – Е.С. Гернет и Н.Д. Каллистов.
       Капитан 1 ранга Е.А. Беренс после окончания классов в должности старшего штурманского офицера крейсера «Варяг» отличился в 1905 г. в бою у Чемульпо. В ноябре 1917 г. был избран начальником Морского Генерального штаба, с 1919 по 1920 г. служил командующим морскими и речными вооруженными силами Республики. Вел активную научную и преподавательскую работу. Участвовал в составлении «Военной энциклопедии» (1911–1912), читал лекции в Николаевской академии Генерального штаба по военно-морскому искусству, автор «Записок по военно-морскому делу», статей в журнале «Морской сборник», переводов издания Германского морского архива «Война на Северном море», мемуаров У. Черчилля и других работ.
     Контр-адмирал (1920) М.А. Беренс участвовал в войне с Китаем (1900–1901) и русско-японской войне (1904–1905), был командиром головного эсминца серии «Новик» и линкора «Петропавловск» (1915–1917). В 1920 г., исполняя должность командующего морскими силами на Тихом океане, возглавил уход группы вспомогательных судов из Владивостока в Цуругу. С осени 1920 г. возглавлял боевую деятельность белогвардейского флота на Азовском море, являлся одним из руководителей перехода кораблей в Бизерту. С января 1921 по 29 октября 1924 г. – командующий русской эскадрой в Бизерте.
       Адмирал Николай Матвеевич Яковлев после окончания класса командовал в 1897–1898 гг. императорской яхтой «Марево», в 1899 г. канонерской лодкой «Манджур», в 1901–1904 гг. броненосцем «Петропавловск», а в 1904–1906 гг. броненосцем «Император Павел I». С 1906 г. – начальник штаба Кронштадтского порта. С 1907 г. начальник Главного Морского штаба и член Адмиралтейств Совета. За храбрость в Русско-японскую войну награжден золотым оружием.
        Контр-адмирал (1917) Зеленой Александр Павлович после окончания класса служил на кораблях Балтийского флота. Старший офицер минного крейсера «Доброволец» (1906), посыльного судна «Алмаз» (1906–1907) линейного корабля «Цесаревич» (1907–1908). Командир эскадренных миноносцев «Боевой» (1908), «Доброволец» (1908–1910). В 1910–1911 гг. флаг-капитан штаба судов Балтийского отряда, в 1911–1912 гг. – штаба начальника бригады линейных кораблей Балтийского флота. В 1912–1915 гг. командир линейного корабля «Андрей Первозванный», а с 1916 г. – начальник штаба минной обороны Балтийского моря. С 1918 по 1920 г. – начальник Соединенных Классов. В 1919–1920 гг. начальник Морских сил Балтийского моря. Награжден орденами Святого Станислава 2-й степени, Святой Анны 2-й степени, Святого Владимира 4-й степени с бантом, Святого Владимира с мечами 3-й степени.
        Вице-адмирал (1940) Шталь Александр Викторович, военно-морской теоретик и историк, заслуженный деятель науки и техники РСФСР, профессор. После окончания класса был (1898–1903) старшим штурманским офицером на эскадренном броненосце «Полтава», затем старшим офицером на эскадренном броненосце «Севастополь». С 1904 г. служил в стратегической части военно-морского учебного отдела Главного Морского штаба. После образования Морского Генерального штаба (1906) занимал должность помощника начальника штаба. В 1910–1917 гг. – помощник начальника Николаевской Морской академии. С 1917 по 1922 г. преподаватель, а в 1922–1923 гг. начальник академической фундаментальной библиотеки. С 1923 г. – старший руководитель цикла предметов «Служба штаба». В 1934–1947 гг. – начальник кафедры, профессор, старший преподаватель кафедры военно-морской истории. Награжден орденами Святого Станислава 1-й, 2-й и 3-й степеней, Святой Анны 3-й степени, Святого Владимира 3-й и 4-й степеней, двумя орденами Ленина, орденами Красного Знамени и Трудового Красного Знамени.
       Капитан 2-го ранга Гернет Евгений Сергеевич, первый командующий Азовской военной флотилией (1920–1921), известный исследователь Арктики, создатель теории оледенения Земли. В 1904-1905 гг. –В Штурманских офицерских классах прошли обучение многие известные в будущем офицеры и адмиралы. Так, в 1896 г. их окончили Н.М. Яковлев и А.В. Шталь, в 1898 г. – И.Н. Дмитриев, в 1900 г. – А.П. Зеленой, в 1904 г. – братья Беренсы, в 1905 г. – В.Е. Клочковский, в 1908 г. – Е.С. Гернет и Н.Д. Каллистов.
       Капитан 1 ранга Е.А. Беренс после окончания классов в должности старшего штурманского офицера крейсера «Варяг» отличился в 1905 г. в бою у Чемульпо. В ноябре 1917 г. был избран начальником Морского Генерального штаба, с 1919 по 1920 г. служил командующим морскими и речными вооруженными силами Республики. Вел активную научную и преподавательскую работу. Участвовал в составлении «Военной энциклопедии» (1911–1912), читал лекции в Николаевской академии Генерального штаба по военно-морскому искусству, автор «Записок по военно-морскому делу», статей в журнале «Морской сборник», переводов издания Германского морского архива «Война на Северном море», мемуаров У. Черчилля и других работ.
      Контр-адмирал (1920) М.А. Беренс участвовал в войне с Китаем (1900–1901) и русско-японской войне (1904–1905), был командиром головного эсминца серии «Новик» и линкора «Петропавловск» (1915–1917). В 1920 г., исполняя должность командующего морскими силами на Тихом океане, возглавил уход группы вспомогательных судов из Владивостока в Цуругу. С осени 1920 г. возглавлял боевую деятельность белогвардейского флота на Азовском море, являлся одним из руководителей перехода кораблей в Бизерту. С января 1921 по 29 октября 1924 г. – командующий русской эскадрой в Бизерте.
      Адмирал Николай Матвеевич Яковлев после окончания класса командовал в 1897–1898 гг. императорской яхтой «Марево», в 1899 г. канонерской лодкой «Манджур», в 1901–1904 гг. броненосцем «Петропавловск», а в 1904–1906 гг. броненосцем «Император Павел I». С 1906 г. – начальник штаба Кронштадтского порта. С 1907 г. начальник Главного Морского штаба и член Адмиралтейств Совета. За храбрость в Русско-японскую войну награжден золотым оружием.
       Контр-адмирал (1917) Зеленой Александр Павлович после окончания класса служил на кораблях Балтийского флота. Старший офицер минного крейсера «Доброволец» (1906), посыльного судна «Алмаз» (1906–1907) линейного корабля «Цесаревич» (1907–1908). Командир эскадренных миноносцев «Боевой» (1908), «Доброволец» (1908–1910). В 1910–1911 гг. флаг-капитан штаба судов Балтийского отряда, в 1911–1912 гг. – штаба начальника бригады линейных кораблей Балтийского флота. В 1912–1915 гг. командир линейного корабля «Андрей Первозванный», а с 1916 г. – начальник штаба минной обороны Балтийского моря. С 1918 по 1920 г. – начальник Соединенных Классов. В 1919–1920 гг. начальник Морских сил Балтийского моря. Награжден орденами Святого Станислава 2-й степени, Святой Анны 2-й степени, Святого Владимира 4-й степени с бантом, Святого Владимира с мечами 3-й степени.
       Вице-адмирал (1940) Шталь Александр Викторович, военно-морской теоретик и историк, заслуженный деятель науки и техники РСФСР, профессор. После окончания класса был (1898–1903) старшим штурманским офицером на эскадренном броненосце «Полтава», затем старшим офицером на эскадренном броненосце «Севастополь». С 1904 г. служил в стратегической части военно-морского учебного отдела Главного Морского штаба. После образования Морского Генерального штаба (1906) занимал должность помощника начальника штаба. В 1910–1917 гг. – помощник начальника Николаевской Морской академии. С 1917 по 1922 г. преподаватель, а в 1922–1923 гг. начальник академической фундаментальной библиотеки. С 1923 г. – старший руководитель цикла предметов «Служба штаба». В 1934–1947 гг. – начальник кафедры, профессор, старший преподаватель кафедры военно-морской истории. Награжден орденами Святого Станислава 1-й, 2-й и 3-й степеней, Святой Анны 3-й степени, Святого Владимира 3-й и 4-й степеней, двумя орденами Ленина, орденами Красного Знамени и Трудового Красного Знамени.
       Капитан 2-го ранга Гернет Евгений Сергеевич, первый командующий Азовской военной флотилией (1920–1921), известный исследователь Арктики, создатель теории оледенения Земли. В 1904-1905 гг. –
Е.А. Беренс
Н.М. Яковлев
А.П. Зеленой
штурман канонерской лодки «Отважный» и миноносца «Лейтенант Бураков» в Порт-Артуре. После окончания класса – штурман и старший офицер на кораблях Черноморского флота. С 1917 по 1920 г. командир эсминца «Калиакрия», один из руководителей перевода флота в Новороссийск. В 1932–1934 гг. дал научное обоснование поперечной цилиндрической проекции для построения карт высокоширотных районов и разработал первые карты для экипажей Чкалова, Громова и Леваневского, а также папанинской экспедиции «Северный полюс-1». Награжден орденами Святого Станислава с мечами 2-й и 3-й степеней, Святой Анны 3-й степени, Святого Владимира с мечами 3-й и 4-й степеней.
      Контр-адмирал Дмитриев Иван Николаевич. После окончания класса – до 1902 г. вахтенный офицер на транспортах «Якут» и «Алеут», канонерских лодках «Кореец» и «Манджур». С 1902 г. старший штурманский офицер линкора «Севастополь», участник Цусимского сражения. В 1908–1909 гг. старший офицер крейсера «Адмирал Макаров», в 1912–1916 гг. командовал различными кораблями Балтийского флота. В июле 1916 г. назначен старшим помощником начальника отдела воздушного плавания ГУК. С 1922 г. – на преподавательской работе в ВВМУ им. М.В. Фрунзе. В 1933 г. руководил переходом кораблей Балтийского флота на север для формирования Северной военной флотилии. Награжден орденами Святого Станислава с мечами 2-й степени, Святой Анны 2-й степени, Святого Владимира с мечами 4-й степени, двумя орденами Ленина, орденами Красного Знамени и Трудового Красного Знамени, орденами и медалями Японии, Италии и Франции, именным оружием.
Штурманские офицерские классы при главных портах России за 23 года своего существования (до 1910 г.) подготовили сотни штурманских офицеров и, в целом, решили возложенную на них задачу.
И.Н. ДмитриевНо были и те, кто не знал унижений,
Кто видел в матросе товарища дел,
Кто вел корабли сквозь пожары сражений,
Кто славы морской для отчизны хотел.
С кем флот проходил по пяти океанам,
Кто в битвах с врагом не боялся потерь;
И шведы разбиты, и нет англичанам
Охоты соваться к Кронштадту теперь.
А. Лебедев


§ 2.2. Организация Временного Штурманского офицерского класса
при Главном гидрографическом управлении
     Несмотря на значительные усилия Морского ведомства по совершенствованию штурманской квалификации флотских офицеров, штурманов, окончивших Штурманские классы, не хватало. Качество их подготовки оставляло желать лучшего. К тому же исполнение ими обязанностей штурманских офицеров в течение максимум 12 месяцев не способствовало повышению навигационной безопасности плавания. Как видно из анализа крушений судов у берегов России, в конце XIX – начале XX века (т.е. через 13–15 лет после закрытия штурманского факультета Инженерного морского училища) навигационная аварийность значительно возросла. К тому же в начале XX века, с уходом значительной части кораблей Балтийского флота на Дальний Восток, штурманские классы в Кронштадте и Ревеле прекратили свое существование.
       В связи с этим в конце 1903 г. Главное гидрографическое управление поднимает вопрос о необходимости изменения подготовки штурманских офицеров и прохождения ими службы. По согласованию с Главным Морским штабом была создана комиссия. В нее вошли: от Главного гидрографического управления - помощник начальника полковник А.И. Вилькицкий, полковник В.И. Семенов, подполковники Е.Л. Бялокоз и Н.Н. Оглоблинский, капитан Мацкевич, лейтенанты А.Н. Оглоблинский и П.Я. Любимов, от ГМШ – капитан М.Ф. Левченко, от штаба Соединенных отрядов Балтийского флота – лейтенант С.Д. Свербеев. Перед комиссией были поставлены следующие задачи:
- выработать новую инструкцию для занятий флотских офицеров штурманским делом;
- пересмотреть правила о назначении штурманских офицеров на судовые должности и порядок зачисления их в разряды;
- пересмотреть программы существующих зимних занятий штурманским делом таким образом, чтобы «эти занятия давали контингент специалистов, вполне подготовленных к самостоятельному исполнению штурманских обязанностей»;
- внести в программы курс основательного теоретического и практического ознакомления с компасным делом.
    С 17 ноября 1903 по 12 апреля 1904 г. состоялось 10 заседаний комиссии. На них были выработаны следующие предложения. Существующие штурманские классы оставить в тех портах, где имеются лица для преподавания. В программу занятий добавить практические занятия по навигации, лоции и астрономии. Во вновь организуемый Штурманский офицерский класс при Главном гидрографическом управлении принимать до 10 офицеров, получивших удостоверение от судового командира и проплававших в должности старшего штурмана 12 месяцев во внутреннем плавании или 18 месяцев – в заграничном. Офицеров, успешно окончивших класс, зачислять циркуляром ГМШ в 1 разряд. В программу обучения включить лоцию, компасное дело, навигацию, астрономию, съемку, метеорологию, тактику.
      Комиссия установила, что при изучении лоции необходимо выработать у слушателей умение подбирать карты на переход, выбирать маршрут плавания, находить ответы на все вопросы по маршруту перехода, читать карту, использовать атласы, составлять карты. В результате освоения компасного дела слушатели должны знать поверку инструментов, выверку компасов и дефлекторов, определение и уничтожение всех частей девиации, снабжение мягким железом, определение влияния судовых предметов. При прохождении навигации следует изучить все новые способы определений, прокладку по дуге большого круга, определение циркуляции судна, При изучении астрономии обратить особое внимание на подробное знакомство с практическими способами определения места, с инструментами и общими практическими приемами. В результате изучения съемки слушатели должны уметь снять план данной местности и знать, «как поступиться с точностью в соответствии с запасом времени».
      Особое внимание предлагалось обратить на прохождение тактики. Причинами этого по мнению комиссии является то, что «во время боя командир бывает настолько занят, что входить в эволюционное управление кораблем ему не представляется возможности и поневоле эта обязанность ляжет на штурманов, а также и потому, что штурманские офицеры являются в бою единственными помощниками по управлению судами».
Обучение в классе должно заканчиваться практическим плаванием. Для этого необходимо выделять специальное судно, например, «Океан».
         В апреле 1904 г. работа комиссии была прервана из-за начавшейся войны с Японией. Между тем частые случаи крушения судов в 1904–1908 гг., поступление на флот судов с новыми системами оружия и навигационными приборами побудили Главное гидрографическое управление в 1909 г. вновь обратить внимание ГМШ «на слишком опасную для дела неподготовленность и мало опытность судовых штурманских офицеров».
      По докладам Начальника Морских Сил Балтийского моря Н.О. Эссена и командиров главных портов (Кронштадтского, Ревельского. Либавского) «крушения и посадки судов на мель приняли эпидемический характер». По их мнению «с уничтожением Корпуса Флотских штурманов и введения курса штурманского дела в Морском корпусе (1885) были допущены крупные ошибки в оценке знаний и опыта будущих штурманских офицеров. Уже через несколько лет выявилась слабая подготовка штурманских офицеров даже для плавания в простых условиях». Основными причинами сложившейся ситуации они считали слабую штурманскую подготовку будущих офицеров в Морском корпусе, отсутствие систематизированной специальной практической подготовки штурманских офицеров перед назначением на должность старшего штурмана, а также недостаточность 6-месячной стажировки перед назначением на эту должность.
Исходя из этого в 1908 г., по просьбе Н.О. Эссена, Главным гидрографическим управлением по согласованию с Морским министерством был организован в Санкт-Петербурге Временный Штурманский офицерский класс, «где бы офицеры флота могли освежить и пополнить свои теоретические знания по кораблевождению и, кроме того, запастись специальными практическими сведениями для успешного и толкового исполнения на корабле сложных обязанностей старшего штурманского офицера».
Активное участие в организации и создании класса приняли флагманский штурман штаба Морских Сил Балтийского моря В.С. Вечеслов и начальник Главного гидрографического управления А.И. Вилькицкий.
Занятия в классе начались в декабре 1908 г. Первыми преподавателями в нем были: по мореходной астрономии – командир учебного судна «Воин» капитан 2 ранга С.И. Фролов и капитан корпуса гидрографов Н.Н. Матусевич. По девиации магнитных компасов – заведующий компасным делом Балтийского флота полковник Н.Н. Оглоблинский и старший лейтенант В.Я. Павлинов. По лоции и навигации – флагманский штурман походного штаба флаг-капитана Гвардейского экипажа подполковник И.И. Конюшков.
В конце марта 1909 г. флотской комиссией под председательством капитана 1 ранга К.А. Плансона у слушателей класса были приняты экзамены по теоретической части обучения. Первыми слушателям, успешно завершившими теоретический курс обучения стали лейтенанты С.В. Лисицын, А.К. Пилкин 2-й, Н.А. Сакеллари, Б.Н. Эймонт, мичман Гарсоев А.Н., поручик Я.И. Подгорный и штабс-капитан А.А. Кривицкий. Учебная практика, запланированная на апрель, из-за невозможности участия в ней большинства преподавателей и слушателей (с началом навигации они были заняты своими служебными обязанностями) не проводилась.марте 1909 г. при Главном гидрографическом управлении была создана комиссия по изменению подготовки штурманских офицеров. Ее председателем стал начальник Управления генерал-майор А.И. Вилькицкий. В состав комиссии вошли: от ГГУ - генерал-майор Ф.К. Дриженко, полковники Е.Л. Бялокоз и Н.Н. Оглоблинский, капитан 1 ранга А.М. Бухтеев, капитан-лейтенант Н.Н. Глазов. От Главного Морского штаба – полковник А.И. Степанов и подполковник М.Ф. Левченко. От штаба Соединенных отрядов Балтийского флота – капитан 2 ранга Прохоров. От штаба командующего Морскими Силами Черного моря – флагманский штурман штаба полковник И.И. Ильин и коллежский асессор В.И. Михалевич. Кроме них начальником Главного гидрографического Управления были приглашены опытные штурмана полковник И.И. Конюшков и капитан 2 ранга С.И. Фролов.
     Комиссией были изучены материалы работы комиссии 1903 г., а также записки о постановке штурманской специальности в английском флоте. В качестве основных рассматривались вопросы о лучшей постановке штурманского дела на флоте и соответствующей подготовке офицеров к исполнению штурманских обязанностей на судах. В 11 заседаниях были изучены оба вопроса и установлены главные взгляды. Комиссия признала, «что существовавшая подготовка штурманских офицеров не соответствует тому исключительно важному значению штурманского дела, которое имеет эта специальность на современных дорого стоящих судах; прохождение службы не создает из штурманских офицеров опытных и надежных помощников командира судна».
       Комиссия установила, что каждый флотский офицер должен обладать такими знаниями и опытом в штурманском деле, чтобы мог заменить штурманского офицера. В противном случае командиры миноносцев и больших судов, выходящие из флотских офицеров, могут оказаться недостаточно подготовленными к обеспечению безопасности плавания. Кроме того, во время боя обязанности штурмана, в случае его гибели, могут перейти к следующему офицеру.
     Первой мерой по реализации поставленных задач комиссия наметила создание Штурманских офицерских классов. По вопросу о числе отдельных классов мнения членов комиссии разошлись. Одни считали, что следует иметь два класса – по одному на Балтийском и Черном морях. Для этого необходимо только расширить уже существующие штурманские классы. Другие, и их оказалось большинство, были уверены в необходимости иметь, по примеру существовавших Минного и Артиллерийского, единый Штурманский класс, который следовало оставить под руководством Главного гидрографического управления. Это, по их мнению, обеспечивало большую полноту организации, единообразие обучения, возможность найти наиболее квалифицированный состав преподавателей и ограничить расходы.
     Курс обучения предполагался одногодичный: шесть месяцев теоретического и практического обучения на берегу и шесть месяцев – плавание под руководством инструкторов на специально выделенных судах. Практическое плавание по замыслу комиссии должно было включать:
- 2 недели практики на лоцмейстерских судах для ознакомления с различными способами определения места у берегов, с нахождением опасностей и ограждением их;
- 2 недели практических занятий по съемке и промеру;
- 2 недели практических занятий на судах по уничтожению девиации;
- несколько недель для плавания в шхерах для ознакомления с ними;
- остальное время – плавание на учебном судне к берегам Англии и далее для обучения слушателей астрономическим наблюдениям, для знакомства с проливами и для практики кораблевождения при приливных течениях и при других условиях.
    Число слушателей в классе должно быть ограничено и желательно, чтобы не превышало 10 человек. Относительно поступления в класс и прохождения службы штурманскими офицерами комиссия наметила следующую схему. После совершения 6-месячного плавания, офицер, прослуживший не менее 3-х лет и имеющий хорошую аттестацию по штурманскому делу, может по собственному желанию поступить на 1 год в Штурманские классы с летним практическим плаванием, по окончании которых и сдачи экзаменов зачисляется штурманским офицером 2-го разряда с правом на 1-й штурманский разряд. Он может быть назначен старшим штурманом на суда 2-го ранга или младшим штурманом на суда 1-го ранга. После 8-месячного плавания при условии хорошей аттестации командира, он зачисляется в штурманы 1-го разряда и может быть назначен старшим штурманом на судно 1-го ранга.
      По вопросу о поднятии уровня штурманских знаний в офицерах флота комиссия наметила следующие мероприятия.
       «Вахтенные офицеры должны вести счисление пути корабля на вахте и определять место судна независимо от счисления и определений штурмана. Счисление ведется на особой от штурмана карте, для чего применяется второй комплект карт и инструментов.
       Каждый мичман в плавании должен исполнять штурманские обязанности… Старший штурман обязан наблюдать и проверять, чтобы офицер, исполняющий штурманские обязанности, при каждом переходе судна был ознакомлен с лоцией данного перехода и чтобы он подобрал необходимые сведения для предстоящего плавания.
О каждом таком офицере старший штурман представляет командиру аттестацию знаний, способностей и любви к штурманскому делу. Эта аттестация прилагается к общей аттестации командира об офицере.
      Вахтенный начальник, не имея возможности нести полностью штурманские обязанности, должен принимать более активное, чем теперь, участие в ведении корабля во время своей вахты. Для чего при вступлении на вахту ознакомляется со всеми обстоятельствами по штурманской части (что включено и теперь в Устав), а во время вахты независимо от штурмана убеждаться своими определениями, что идет ли корабль по тому пути, который проложен на карте и дан командиром. В случае расхождения докладывает командиру об этом и руководствуется статьей 265 Устава.
       После 8 лет службы всякий офицер флота должен сдать практический экзамен по штурманскому делу по программе минимум. Не сдавший экзамен не может быть назначен командиром, старшим офицером судна 1-го ранга или старшим штурманом.
      После 4-х лет службы офицер может держать теоретический и практический экзамены при Штурманском офицерском классе по программе максимум. При успешной их сдаче приобретать те же служебные права, что и окончившие классы.
      Офицеры, окончившие Академию по гидрографическому отделу, при назначении на суда должны выполнять те же условия, что и офицеры, окончившие штурманский класс.
       Краткие штурманские курсы, ныне существующие, сохраняются, как средство для подновления штурманских знаний тех офицеров, которые по служебным обязанностям могут ими пользоваться.
Забота о поддержании знания штурманского дела в офицерах флота лежит на командире, который поручает одному из офицеров наблюдение за занятиями штурманским делом на корабле».
Кроме этого комиссией были разработаны программа минимум и программа максимум по штурманской подготовке и предложен новый табель денежного содержания штурманских офицеров.
Выработанные комиссией предложения по дальнейшему функционированию Временного Штурманского офицерского класса (проект организации, программы обучения, штаты) начальник Главного Гидрографического управления доложил Адмиралтейств Совету, который на своем заседании 16 декабря 1909 г. утвердил их. Представление Адмиралтейств совета об организации Временного Штурманского офицерского класса на 12 слушателей при Главном Гидрографическом Управлении и выделении необходимых денежных средств было доложено морским министром вице-адмиралом С.А. Воеводским императору Николаю II и утверждено им 23 декабря 1909 г.
И.Д. начальника Главного Гидрографического Управления

Заведующий компасным делом полковник - Оглоблинский – Министерство Морское
Доклад по ГМШ
     В течение последних лет нужда в опытных и хорошо подготовленных штурманских офицерах в нашем флоте становится более и более настоятельной. Нужны расходы на организацию Штурманского офицерского класса. Имеемые сбережения по Морскому Министерству позволили организовать на один учебный курс временные штурманские классы. В настоящее время слушателиОрганизация этих классов вызывает необходимость вознаграждения преподавателей и Адмиралтейст-Совет по журналу 16.12. с.г. № 4756 ст. 40501 – одобрил отпуск для Главного Гидрографического Управления 3150 рублей для ведения занятий во Временном Штурманском офицерском классе.
Представить о вышеизложенном и одобренном Адмиралтейств Советом предложения на Высочайшее Вашего Императорского Величества благо воззрение.
Морской Министр
вице-адмирал - Воеводский -
22.12.1909г.
На подлинном Собственной ЕГО Императорского Величества рукой написано
Согласен
в Царском Селе 23.12.1909 г.
Морской Министр вице-адмирал Воеводский
8 ноября 1910 г. Николаем II был утвержден отпуск средств на занятия в классе на 1910–1911 г. в сумме 4230 рублей. Впоследствии, вплоть до 1914 г., подобные представления ежегодно проходили утверждение у императора.
Штурманский офицерский класс в Севастополе действовал до 1910 г. В феврале этого года главный командир Севастопольского порта вице-адмирал Бострем направляет в Главный Морской штаб письмо с просьбой о выделении денежного вознаграждения преподавателям Севастопольского Штурманского офицерского класса, а также о его расширении и уравнивании в правах со Штурманским классом при Главном гидрографическом управлении. Представление было поддержано начальником Главного гидрографического управления. Однако в мае 1910 г. начальником ГМШ было принято решение об его объединении с Временным Штурманским офицерским классом при Главном гидрографическом управлении. С этого времени офицеры Черноморского флота стали направляться на учебу в Штурманский класс при Главном гидрографическом управлении.
В апреле 1910 г. после проведения учебного плавания на минном заградителе «Прут» состоялся последний выпуск Севастопольского Штурманского класса. Его окончили шесть офицеров: лейтенанты Романовский и Черняев, мичманы Рененкампф, Миткович, Тучков и Ставицкий. Их обучение вели старший помощник начальника астрономической и компасной обсерватории генерал-майор С.С. Уклонский (по девиации), коллежский асессор В.И. Михалевич (по астрономии и метеорологии) и флагманский штурман штаба начальника Черноморской эскадры лейтенант С.Я. Якушев (по навигации, лоции, съемке и промеру).
Владивостокский класс Сибирской военной флотилии осуществлял подготовку штурманов до 1917 г.
Временный Штурманский офицерский класс разместили вначале в Николаевской Морской академии, а затем в здании Адмиралтейства. Успешность деятельности класса во многом предопределялась личностью заведующего классом, от которого зависел подбор преподавателей и правильная организация учебного процесса. Им был назначен капитан корпуса гидрографов Н.Н. Матусевич.
Николай II
Штурманский офицерский класс ВМФ России
29
Николай Николаевич Матусевич (29.3.1879 – 27.5.1950), инженер вице-адмирал, доктор астрономии и геодезии, профессор. Родился в семье морского офицера. В 1898 г. окончил Морской корпус. С 1898 по 1902 г. – проходил службу в должности младшего штурмана парусного учебного корабля «Разбойник», крейсера «Россия», броненосцев «Сисой Великий» и «Петропавловск». В 1902–1904 гг. – слушатель гидрографического отделения Николаевской Морской академии. Окончил ее по первому разряду с занесением на мраморную доску. С 1904 по 1906 г. – старший штурман вспомогательного крейсера «Терек». Участник русско-японской войны. С 1906 по 1909 г. – в запасе, в 1909 г. – окончил физико-математический факультет Петербургского университета. В 1909 г. вернулся на флот в звании штабс-капитана. В 1909–1910 гг. прошел стажировку по астрономии и высшей геодезии в Пулковской обсерватории и получил звание гидрографа-геодезиста. Разработал и впервые применил метод определения долгот по радиосигналам времени. С 1909 по 1922 г. – заведующий Штурманским офицерским классом. В 1913 г. – подполковник, в 1916 г. – полковник корпуса гидрографов, а в 1917 г. – генерал-майор по адмиралтейству. С 1911 по 1920 г. – руководил съемкой Белого моря. С 1921 по 1923 г. – преподаватель гидрографического отдела Морской Академии. В 1924 – 1931 г. – начальник Северной гидрографической экспедиции. С 1929 по 1945 г. – преподаватель и начальник кафедры гидрографии, а с 1945 по 1947 г. – начальник кафедры кораблевождения и электронавигационных приборов Военно-морской академии. В 1935 г. Президиумом Академии наук ему присуждена ученая степень доктора астрономии и геодезии. В 1943 г. произведен в вице-адмиралы, через год стал заслуженным деятелем науки и техники РСФСР. В 1947 г. избран вице-президентом Географического общества СССР. Принимал активное участие в исследовании Арктики и освоении Северного морского пути. Автор фундаментальных трудов по геодезии, навигации и мореходной астрономии. Основные работы: «Мореходная астрономия» (1922), «Записки по теории картографических проекций» (1925), «Руководство по практической геодезии и астрономии» (1932), «Современные методы гидрографических работ открытого моря» (1940 – 1945).
Преподавательский состав Штурманского офицерского класса формировался из специалистов Главного гидрографического управления, учреждений Морского ведомства и офицеров соединений и кораблей флота. К преподаванию привлекались наиболее выдающиеся специалисты в различных областях военно-морского дела – тактики, кораблевождения, океанографии, электротехники, кораблестроения, применения оружия. Приглашение соответствующего специалиста к преподаванию в Штурманском классе рассматривалось как признание его высокой квалификации и носило, таким образом, престижный характер.
Педагогическую деятельность в классе вели такие известные ученые и специалисты, как Ю.М. Шокальский, Н.Н. Оглоблинский, А.И. Шейковский, В.Я. Павлинов, флагманские штурмана штаба командующего Морскими Силами Балтийского моря – Б.А. Вилькицкий и В.М. Альтфатер; флагманские штурманы соединений и командиры кораблей А.С. Полушкин, П.А. Новопашенный, И.И. Конюшков, С.И. Фролов, Д.И. Дараган, И.Н. Дмитриев, А.И. Неелов, Н.Н. Глазов, Н.Н. Зубов, Н.Н. Струйский. Во время практики на учебном корабле к руководству занятиями привлекались флагманские штурмана соединений и наиболее опытные штурманы кораблей Балтийского флота.
Комплектование класса слушателями производилось на добровольных началах из числа офицеров флота, прослуживших в звании мичмана не менее двух лет и в звании лейтенанта не более трех лет. Количество офицеров, желающих поступить в Штурманский класс, особенно на Черноморском флоте, было столь велико, что уже с 1911 г. создавались комиссии из флагманских штурманов и специалистов Гидрографической службы по приему поверочных экзаменов для кандидатов на поступление. Отобранные офицеры прибывали в класс к 15 октября.
Теоретическое обучение занимало 5 месяцев, практика на кораблях – 2 месяца. Они направлялись на повышение образования по штурманской специальности с учетом новых методов и усовершенствований в кораблевождении и развитии тактики кораблей. В учебный план входили мореходная астрономия, навигация, девиация компасов, лоция, съемка и промер, океанография, тактика, тактическая навигация, английский язык, краткие курсы теории корабля и электротехники. Во время Первой мировой войны началось изучение радиотелеграфа и компаса Сперри.
Н.Н. Матусевич
Штурманский офицерский класс ВМФ РоссииУчебные программы содержали только перечисление изучаемых вопросов. Подразделения на главы и параграфы программы не имели. В большинстве программ отсутствовали темы практических занятий. Не указывалось также количество часов на прохождение программы в целом и распределение времени между отдельными вопросами. В зависимости от того, насколько преподаватели-совместители могли обеспечить изучение своего предмета, учебный совет класса перед началом учебного года давал рекомендации по распределению часов между дисциплинами и по составлению расписания занятий. Кроме перечня вопросов каждая программа имела объяснительную записку, в которой излагалась целевая установка курса, давалось обоснование перечня вопросов, включенных в программу. В большинстве объяснительных записок приводились методические рекомендации по изучению основных вопросов программы.
Рабочий день был установлен в 6 часов. Преподавание учебных дисциплин строилось с таким расчетом, чтобы избежать излишней теоретичности, дать обучаемому возможность самостоятельно разобраться в сущности изучаемых вопросов и уверенно применять полученные знания в период корабельной службы. В конце декабря слушатели сдавали проверочный экзамен. По окончании теоретического обучения проводились экзамены по дисциплинам, утвержденным учебным советом класса. Слушатели, не выдержавшие проверочного и теоретического экзаменов, отчислялись.
На время учебной практики назначался заведующий практическим обучением (обычно это был Н.Н. Матусевич). Практика проводилась на учебном корабле «Океан», броненосном крейсере «Россия» и на других кораблях. На учебном корабле слушатели совершали двухмесячное заграничное плавание. Так в апреле–мае 1911 г. 15 слушателей класса участвовали в заграничном плавании на учебном судне «Океан» по маршруту Кронштадт – Тулон – Кронштадт. До или после плавания в течение двух недель проходила практика по девиации магнитных компасов и по морской описи. Каждый слушатель должен был с помощью имеющихся на корабле инструментов самостоятельно произвести рекогносцировочную опись (съемку, промер, геодезические измерения) и составить план небольшого района, например, бухты, части гавани.
По окончании практики особой комиссией, назначаемой Главным Морским штабом, проводился практический экзамен. Слушателям, успешно окончившим Штурманский офицерский класс, присваивалась квалификация штурманского офицера 2-го разряда. Они получали право на ношение специального нагрудного знака и назначались старшими штурманами на корабли 2 ранга или штурманами дивизионов миноносцев 3 ранга. После 10 месяцев плавания в должности штурмана выпускники класса допускались к исполнению обязанностей старшего штурмана на кораблях 1 ранга. Кроме этого, после нахождения в этой должности в течение установленного срока (не менее полутора лет) они имели преимущественное право поступления на Гидрографическое отделение Николаевской Морской академии.
Крейсер «Россия» в составе учебных кораблей Балтийского флота, 1909 г.
Штурманский офицерский класс ВМФ России
31
Штурманский офицерский класс не испытывал недостатка в офицерах, желавших окончить его и стать штурманами. Так, в 1910 г. вместо положенных 12 слушателей было принято 15. С 1911 г. в классе ежегодно обучались по 20 офицеров со всех флотов и флотилий ВМФ России.
Несмотря на объективные трудности в работе, обусловленные отсутствием Положения о классе и штата, его деятельность, благодаря усилиям заведующего и преподавателей, проходила успешно.
Уже первых трех лет деятельности класса оказалось достаточно, чтобы убедить всех в его пользе и целесообразности. Выпускники класса имели много преимуществ перед офицерами, не обучавшимися в нем. В 1912 г. командующий Морскими Силами Балтийского моря докладывал Морскому министру: «Несмотря на то, что эта школа еще только организуется, она дала уже два выпуска офицеров, которые настолько хорошо подготовлены, что сразу могут быть назначены на должности штурманов на любые суда как во внутреннее, так и в заграничное плавание».
В 1912 г. начальник Главного гидрографического управления обратился к морскому министру и командующим Морскими Силами Балтийского и Черного морей с предложением сократить число слушателей в классе до 12. Но они просили его этого не делать.
Например, командующий Морскими Силами Балтийского моря Н.О. Эссен в своем письме от 16 июня обращает внимание на следующее.
«Милостивый государь, Андрей Ипполитович.
В текущем году из 83 штатных вакансий на вверенных мне Морских Силах замещены разрядными штурманами лишь 46. Таким образом, некомплект штурманов 45%. Считая в среднем пребывание каждого офицера, кончившего класс, на штурманских должностях около 6 лет, выходит, что необходим ежегодный приток из 14 штурманов. При этих условиях некомплект пополнился бы через 6 лет, если число судов флота не увеличивалось.
Эти соображения побуждают меня в ответе на телеграмму № 4490 просить Ваше Превосходительство не уменьшать числа вакансий Штурманского класса против прошлогодних 20-ти.
Что касается неудобства обучения такого числа офицеров, по-видимому, класс с этим затруднением справляется успешно, так как штурманы обоих выпусков подготовлены вполне хорошо.
Прошу Ваше Превосходительство принять уверение в совершеннейшем почтении и преданности.
Командующий Морскими Силами Балтийского моря».
В этом же году по предложению преподавателей класса флагманский штурман штаба Морских Сил Балтийского моря старший лейтенант В.М. Альтфатер обращается к Н.О. Эссену с докладной запиской о необходимости установления приемных экзаменов для поступающих в Штурманский офицерский класс. В записке указывалось, что существующий порядок поступления в класс по представлению начальства «является весьма неудобным, так как гарантирует классу пригодность его состава лишь с одной стороны, чисто служебной, и обременяет начальников массою просьб о допущении в класс, иногда несправедливо решаемых. Степень же подготовки ничем не проверяется. В результате в начале занятий (очень недолгих) преподавателям приходится тратить много времени на повторение вопросов общеобразовательного характера, что отнимает значительное время».
По решению командующего флотом докладная записка обсуждалась на совещании флагманских штурманов всех отрядов Балтийского моря при участии преподавателей класса. На совещании были выработаны следующие предложения:
– число вакансий в класс определяется начальником Главного гидрографического управления по согласованию с командующими Морскими Силами в размере необходимой потребности флота и возможности класса их обучить;
– к поступлению в класс допускать по экзамену офицеров, пригодность которых к штурманскому делу удостоверяется начальством и утверждается командующим Морскими Силами;– вступительные экзамены вводятся для проверки знаний офицеров по общеобразовательным предметам: устные – по плоской и сферической тригонометрии, дифференциальному и интегральному исчислению, аналитической геометрии и теоретической механике; письменный экзамен – общая задача по алгебре, геометрии и тригонометрии, вычислению логарифмов (на письменном экзамене разрешается пользоваться учебниками, руководствами и справочниками).
Предложения были одобрены командующим Морскими Силами Балтийского моря, начальником Главного гидрографического управления и по его представлению утверждены Морским Министром. С 1912 г. кандидаты в слушатели прибывали в класс к 15 сентября и сдавали конкурсные вступительные экзамены. Знания проверялись в объеме учебных программ Морского корпуса.
В ноябре 1912 г. для рассмотрения вопросов изменения подготовки штурманских офицеров и упорядочивания деятельности Штурманского офицерского класса была организована специальная комиссия. Ее председателем стал начальник Главного гидрографического управления генерал-лейтенант А.И. Вилькицкий, заместителем – его помощник генерал-майор А.М. Бухтеев. В состав комиссии вошли: от Главного гидрографического управления – генерал-майор Е.Л. Бялокоз, полковник Н.Н. Оглоблинский, подполковник Н.Н. Глазов. От Главного Морского штаба – генерал-майор А.И. Степанов и полковник М.Ф. Левченко. От штаба командующего Морскими Силами Балтийского моря – капитаны 2 ранга Б.А. Вилькицкий и В.М. Альтфатер, старший лейтенант Д.И. Дараган и лейтенант И.И. Лодыженский, а также полковник И.И. Конюшков и капитан 1 ранга С.И. Фролов
Комиссией было отмечено, что «…до 1752 г. большинство русских штурманов обучалось в тех же заведениях, которые готовили и флотских офицеров. Штурман был главным и ответственным помощником командира по кораблевождению. С утверждением Морского шляхетского корпуса штурманская специальность лишилась своего резидента, если не считать бедной школы при штурманской роте в Кронштадте. Военные события царствования Екатерины II и сопряженные с ними дальние плавания показали невозможность такого положения, и необходимость в правильно организованном училище ясно была осознана Морской администрацией.
Реформы, проведенные в царствование Николая Павловича как в воспитании, так и в служебном положении штурманов, поставили эту важнейшую отрасль морского дела на ту степень, на которой она находилась почти до настоящего времени. С упразднением в 1885 г. Корпуса флотских штурманов и штурманского училища штурманские обязанности были возложены на флотских офицеров, а в Морском корпусе усилена подготовка по кораблевождению. Но быстрый рост техники по всем специальностям морского дела все чаще и чаще стал указывать на необходимость подготовки специалистов по всем главным отраслям морского дела. Так возникли Минный и Артиллерийский классы, также назрел вопрос о создании Штурманского офицерского класса.
При полной поддержке Морских Сил заботу о создании класса взяло на себя Главное гидрографическое управление, которое ближе всего стоит к вопросам безопасности мореплавания.
Цель класса двоякая:
1. Дать возможность офицерам, посвятившим себя штурманскому делу, повторить в том периоде их службы, когда уже возникли у них вопросы по штурманской специальности, морские науки, пройденные ими в Морском корпусе.
2. Иметь возможность продолжить свое специальное образование в соответствии со всеми новыми методами и усовершенствованиями в деле кораблевождения.
Такая двоякая цель заставляет и курс Штурманского офицерского класса в значительной степени сделать практическим. Теоретическому курсу посвящается лишь 5 месяцев. Затем около 3-х месяцев отдается на плавание под руководством наиболее опытных инструкторов. Эта цель заставляет число штатных чинов класса ограничить возможным минимумом, дабы имея в лице штатного состава главное ядро класса, остальной состав привлекать из флота. Особенно лиц, стоящих в каждый данный момент наиболее высоко в смысле штурманских знаний по отдельным дисциплинам».
Для выработки положения и штата Штурманского класса работа комиссии была продолжена в феврале 1913 г. под председательством нового начальника Главного гидрографического управления
Б.А. Вилькицкий
Штурманский офицерский класс ВМФ России
33
генерал-лейтенанта М.Е. Жданко. К июлю 1913 г. комиссия выработала проект положения для постоянного Штурманского Офицерского класса, его штат на 30 человек, программы предметов и их обоснование.
18 июля 1913 г. они были представлены морскому министру, который их утвердил для направления в Морской учебный комитет.
По Главному гидрографическому управлению
18.7.1913 № 3115
Морскому Министру
Главное гидрографическое управление в 1903 г., а затем в 1908 г. возбудило вопрос о правильной постановке штурманского дела во флоте. В комиссиях, работавших по этому вопросу в ГГУ с представителями от командующих Морскими Силами Балтийского и Черного морей, МГШ и ГМШ, были намечены главные по этому делу мероприятия.
Результаты работы комиссий в полном объеме не получили санкции высшего морского начальства, и был только организован в 1909 г. при ГГУ Временный Штурманский офицерский класс, который и функционирует до настоящего времени.
Но так как учреждением этого класса вопрос о правильной подготовке штурманских офицеров все-таки не разрешен во всей его полноте, то в 1913 г., с одобрения Вашего Высокопревосходительства, ГГУ была создана комиссия, в которую вошли кроме чинов ГГУ и Временного Штурманского офицерского класса, представители от Морских Сил Балтийского моря, от ГМШ и Генерального штаба.
Эта комиссия выработала окончательный проект Положения о классе, штаты его и правила зачисления штурманских офицеров в разряды.
Представляя эти проекты, ГГУ испрашивает разрешения препроводить их согласно статье II Временного Положения об управлении Морским ведомством, в Морской учебный комитет для рассмотрения и дальнейшего направления.
Начальник ГГУ М.Е. Жданко
Согласен и одобряю
И.К. Григорович»
Кроме этого проекты положения, штатов и программ были высланы для обсуждения на флоты.
В замечаниях Балтийского флота, выработанных офицерами штаба и флагманскими штурманами под непосредственным руководством Н.О. Эссена, предлагалось следующее. Класс сохранить одним для всех морей подобно Минному и Артиллерийскому и оставить его при Главном гидрографическом управлении, так как оно выступило инициатором его создания, а результаты обучения в классе получились хорошие. Штурманы, как ближайшие помощники командиров по маневрированию в бою, должны получать правильное понятие о тактике. Поэтому очень важно, «…чтобы преподавание велось не только теоретиками, но и практиками, то есть офицерами, плавающими на боевом флоте и ознакомленными с теми тактическими приемами, которые на нем употребляются и могущими судить, какие из теоретических выводов могут быть выполнены на практике. Они должны быть знакомыми со строями, эволюциями и сигналопроизводством, употребляемыми на боевом флоте, не хуже своих слушателей».
Положение
о Штурманском офицерском классе
1. Штурманский офицерский класс при Главном гидрографическом управлении служит для подготовки штурманских офицеров для всего флота.
2. Общее руководство классом лежит на начальнике Главного гидрографического управления; непосредственное же заведование и руководство обучением в классе возлагается на Заведующего классом, который подчиняется начальнику Главного гидрографического управления.ведомству по представлению начальника Главного гидрографического управления. Он пользуется дисциплинарными правами экипажного командира относительно слушателей классов.
4. Заведующий классом:
а) следит за деятельностью преподавателей и за совершенствованием учебных планов, программ и руководств;
б) наблюдает за правильным ходом обучения на берегу и во время плавания согласно утвержденным программам, планам и указаниям начальника Главного гидрографического управления;
в) заботится о своевременном снабжении класса учебными руководствами, пособиями, приборами и канцелярскими принадлежностями, а также наблюдает за сохранением этих принадлежностей;
г) наблюдает за редакцией издаваемых классом руководств и записок и принимает меры к тому, чтобы преподавание велось по печатным руководствам.
5. Преподаватели наук в Штурманский офицерский класс и офицеры-руководители избираются начальником Главного гидрографического управления. по представлению заведующего классом и по согласованию с их начальством назначаются распоряжением Главного Морского штаба.
6. На обязанности преподавателей лежит чтение лекций, ведение практических занятий по всем предметам, по которым такие занятия положены, составление руководств, совершенствование их, производство испытаний слушателей и разработка программ. На обязанности офицеров-руководителей лежит ведение практических занятий со слушателями во время плавания.
7. Для обсуждения вопросов, касающихся учебной части, учреждается под председательством Заведующего учебный совет класса из преподавателей и имеющихся налицо офицеров, бывших руководителями практических занятий.
8. Все вопросы в учебном совете решаются простым большинством голосов, Решения Совета представляются заведующим классом на утверждение начальнику Главного гидрографического управления.
9. Число штатных слушателей в Штурманском офицерском классе определяется в 30 человек.
10. К вступительному экзамену в класс допускаются обер-офицеры флота, состоящие на службе в офицерском чине не менее 2-х лет и не более 7 лет, способность которых к штурманскому делу удостоверяется начальством.
11. Поступление в класс производится по конкурсному экзамену по установленным программам.
12. Рапорты о желании поступить в класс подаются по команде; к 10 августа рапорты вместе с отзывами непосредственных начальников о способности офицеров к штурманскому делу представляются на усмотрение вышестоящего морского начальства, которое со своим заключением препровождает их в Главный Морской штаб к 25 августа.
13. Главный Морской штаб на основании представленных заключений делает распоряжение о том, чтобы допущенные к экзаменам офицеры прибыли для вступительных испытаний к 15 сентября в Штурманский офицерский класс при Главном гидрографическом управлении, к которому они и считаются прикомандированными с указанного срока.
14. Офицеры, выдержавшие испытания и удовлетворяющие требованиям конкурса, зачисляются слушателями класса циркуляром Главного Морского штаба.
15. Теоретический курс слушателей продолжается с 20 сентября по 20 февраля; занятия на судах девиацией и практическое заграничное плавание – 20 февраля продолжительностью не менее 2-х месяцев.
16. Слушатели класса обязаны посещать лекции и практические занятия; не выполняющие этого требования отчисляются от класса циркуляром Главного Морского штаба по представлению начальника Главного гидрографического управления.
17. Перед Рождеством слушатели подвергаются поверочному испытанию в размере пройденного курса, причем оказавшие неудовлетворительные успехи отчисляются от класса. Предметы, по которым производятся указанные испытания, определяются постановлением учебного совета класса.
18. В конце теоретического курса слушателям производится испытание особой комиссией, назначаемой Главным Морским штабом из чинов флота, под председательством утвержденного морским министром лица, при участии представителей Морского учебного комитета, заведующего классом,
Штурманский офицерский класс ВМФ России
35
преподавателей и офицеров-руководителей практических занятий. Слушатели, не выдержавшие этого испытания, отчисляются от класса.
19. На время практических занятий слушатели и офицеры-руководители назначаются в плавание на предоставленном для этой цели корабле.
20. Заведующий классом является и заведующим практическим обучением в плавании. Обязанности заведующего практическим обучением могут быть возложены начальником Главного гидрографического управления в исключительных случаях на одного из офицеров-руководителей.
21. К обязанностям Заведующего обучением в плавании относятся:
а) направление деятельности руководителей к наилучшему использованию плавания;
б) ближайшее наблюдение за правильным ходом занятий по утвержденному плану;
в) забота о своевременном снабжении слушателей в предстоящем плавании инструментами, картами, книгами и приборами;
г) расписание слушателей на смены, расписание занятий, ведение очереди служебных нарядов слушателей;
д) ведение отчета о плавании и занятиях.
22. Взаимоотношения заведующего обучением и командира судна определяются каждый раз инструкцией, вырабатываемой начальником Главного гидрографического управления по согласованию с командующим Морским Силами, и последним утверждаемой.
23. Для надлежащего использования плавания в целях практического обучения слушателей заведующий осведомляет командира судна о предполагаемых занятиях со слушателями и, руководствуясь предусмотренным предыдущим пунктом инструкции, входит к нему с представлением или сообщает для распоряжения о желательном времени выхода в море, о расположении курсов, о содействии средствами корабля, требуемом для успешного ведения занятий.
24. Заведующий обучением в плавании относительно руководителей и слушателей пользуется дисциплинарными правами командира судна 1 или 2 ранга.
25. Руководители практических занятий пользуются относительно слушателей дисциплинарными правами старших специальных офицеров по отношению к младшим.
26. Практические занятия по навигации, лоции, астрономии производятся в заграничном плавании. До или после заграничного плавания слушатели практикуются в течение 2-х недель в уничтожении и определении девиации компасов на одной из минных дивизий по согласованию с командующим Морскими Силами Балтийского моря; в это же время ведутся практические занятия по съемке.
27. По окончании практического курса слушателям производится практический экзамен особой комиссией, назначаемой Главным Морским штабом из чинов флота под председательством утвержденного морским министром лица, при участии представителей Морского учебного комитета, заведующего классом, преподавателей и офицеров-руководителей.
28. Протокол с заключением экзаменационной комиссии и экзаменационный список представляются председателем комиссии морскому министру.
29. Слушатели, выдержавшие теоретический и практический экзамен, зачисляются с утверждения морского министра, в штурманские офицеры 2-го разряда циркуляром Главного Морского штаба.
30. Офицеры, получившие звание штурманского офицера 2 разряда, получают право на ношение Высочайше утвержденного нагрудного знака.
31. Офицеры, окончившие Гидрографический отдел Николаевской Морской академии и назначенные в плавание вместе со слушателями Штурманского офицерского класса, проходят курс занятий наравне со слушателями класса; выдержавшие установленные испытания получают право на ношение знака, установленного п. 30.
32. Слушатели, отчисленные от класса по неуспеваемости в занятиях, к поступлению в класс вновь не допускаются.
33. Обслуживающий класс личный состав и его денежное содержание определяются штатом.
34. Офицеры–руководители практических занятий получают морское денежное довольствие подобно преподавателям других офицерских классов как специальные офицеры 1-го разряда. Заведующий же обучением – как флагманский специальный офицер при старшем флагмане. Столовые деньги эти офицеры получают по занятым ими должностям.
35. Штатные слушатели Штурманского офицерского класса получают денежное довольствие на тех
Штурманский офицерский класс ВМФ России
36
же основаниях, что и слушатели Минного и Артиллерийского офицерских классов; во времяже основаниях, что и слушатели Минного и Артиллерийского офицерских классов; во время нахождения в плавании получают морское денежное довольствие как вахтенные офицеры.
36. На учебные пособия выделяется слушателям по 100 рублей; необходимые по постановлению учебного совета карты и книги, которые затруднительно найти в продаже, выделяются безвозмездно от Главного гидрографического управления.
37. Офицеры, окончившие Гидрографическое отделение Николаевской Морской академии и состоящие в чине не ниже лейтенанта, по выполнению практического плавания со слушателями Штурманского офицерского класса и выдержавшие практический экзамен, зачисляются в штурманские офицеры 1-го разряда.
38. Штурманские офицеры 2-го разряда могут быть назначены старшими штурманами на судах 2 или 3 ранга, где таковые положены, или младшими штурманами на судах 1 ранга. По совершении 10-месячного плавания, внутреннего или заграничного, в штатной должности штурмана, они могут быть назначены к исполнению обязанностей старшего штурмана на судне 1 ранга.
39. Штурманские офицеры 2 разряда зачисляются в первый разряд по выполнении следующих двух условий: а) по достижении чина лейтенанта; б) по назначению на должность старшего штурмана судна 1 ранга и после представления прямого начальства.
40. На должность флагманского штурмана могут быть назначаемы лишь штурманские офицеры 1-го разряда. Штурманские должности для обслуживания дивизионов миноносцев 2-го ранга приравниваются во всех отношениях к деятельности штурманского офицера на судах 1 ранга.
Штат Штурманского офицерского класса
Число
Жалованье
Столовые
Квартирные
Всего
Заведующий классом (штаб-офицер, может быть контр-адмирал или генерал-майор)
Содержатель, он же письмоводитель
На вознаграждение преподавателям за чтение лекций и проведение практических занятий
На вознаграждение руководителей практических занятий
На учебные пособия слушателям
(30 человек) по 100 рублей каждому
На наем служителей
На поездки слушателей и преподавателей для осмотра мастерских, обсерваторий, перевозки вещей, ремонт мебели, канцелярские и мелкие расходы
1
1
2000
1000
2000
1000
5000
1000
7500
1600
3000
996
2050
18 октября 1913 г. состоялось заседание Морского учебного комитета, на котором были рассмотрены и одобрены проект положения, штаты и программы предметов Штурманского офицерского класса.
Далее эти документы рассматривались в Министерстве финансов, государственным контролером и председателем Совета министров. В феврале 1915 г. законопроект об организации постоянного Штурманского офицерского класса поступил в Государственную думу. Однако до февральской революции 1917 г. так и не был принят.
В предвоенные годы экзамены по результатам прохождения теоретического курса проводились во второй половине февраля. В 1914 г. их принимали с 18 февраля по 2 марта: по астрономии – Н.Н. Матусевич, П.А. Новопашенный и Б.А. Вилькицкий; по лоции – А.И. Шейковский и Н.Н. Глазов; по навигации – В.М. Альтфатер и А.И. Неелов; по девиации – В.Я. Павлинов и Н.Н. Оглоблинский; по океанографии – Ю.М. Шокальский и Л.Л. Брейтфус; по электротехнике – В.Я. Павлинов и Н.Р. Фридовский; по тактике – А.Е. Колтовский и Л.Г. Постриганьев; по английскому языку – Н.Н. Глазов и Тернер
Штурманский офицерский класс ВМФ России
37
По результатам экзаменов и предложению комиссии 3 слушателя, не выдержавшие этого испытания, были отчислены от класса. Остальные 17 признаны удовлетворяющими теоретическому экзамену и посланы в практическое плавание. Комиссией было рекомендовано увеличить время зимних занятий и повысить требования на вступительных экзаменах. Кроме этого было одобрено предложение флагманского штурмана штаба Морских Сил Балтийского моря А.Н. Сполатбога о назначении кандидатов на поступление в Штурманский класс исполняющими обязанность штурманского офицера на своих кораблях (под наблюдением старшего штурмана). Таким образом, «…высказавшие неспособность, к экзамену допускаться не будут, а остальные уже будут иметь к приемным экзаменам одну компанию штурманской практики». Эти предложения были одобрены начальником ГГУ, а командующий Балтийским флотом уже в апреле 1914 г. отдал распоряжение по их реализации.
13 июня 1913 г. приказом по флоту и Морскому ведомству был учрежден нагрудный знак штурманского офицера. Право на его ношение получали офицеры, успешно окончившие Временный Штурманский офицерский класс и получившие при этом звание штурманского офицера 2-го разряда, все штурманские офицеры 1-го разряда, выпускники Гидрографического отделения Николаевской Морской академии и профессорско-преподавательский состав штурманской специализации.
Знак представлял собой круг, образованный якорной цепью с закрепленными на нем картушкой магнитного компаса, адмиралтейским якорем и секстаном. Якорь-цепь, якорь и секстан выполнены из темной бронзы, а картушка – из светлого металла.
В 1914 г. прием во Временный Штурманский офицерский класс в связи с началом Первой Мировой войны не производился.
За шесть лет своего существования Временный Штурманский офицерский класс подготовил около 90 штурманов. Среди них были такие известные в будущем ученые и педагоги, как доктор географических наук профессор Н.И. Евгенов, доктора военно-морских наук профессора Н.А. Сакеллари и Е.Е. Шведе, известный теоретик подводного кораблестроения профессор Гарсоев А.Н., флагманский штурман Морских Сил Балтийского моря (1918–1921) и начальник управления безопасности кораблевождения Балтийского моря (1921–1924) Н.Н. Струйский, начальник Гидрографического управления С.П. Блинов (1922–1928)Нужно знать нам кораблевожденье.
Так, чтобы уметь пройти везде.
Знать науку мудрую сражений
На соленой вспененной воде.
А. Лебедев
§ 2.3. Штурманский офицерский класс в годы Первой мировой войны
Наиболее напряженная борьба с началом войны велась на Балтийском театре военных действий. На нем была создана глубокоэшелонированная система минно-артиллерийских позиций и укрепленных районов. Широкое применение нашла авиация берегового и корабельного базирования. Силы флота действовали на коммуникациях противника в центральной и южной частях Балтийского моря, поддерживали огнем войска на побережье Рижского залива, высаживали там тактические десанты. Война оказала огромное влияние на развитие военно-морского искусства и качественное изменение Военно-Морского Флота. Возникновение в ходе войны новых родов сил – подводных лодок и авиации, развитие оружия и технических средств привели к изменению тактики ведения боевых действий. Флот испытывал острый недостаток в подготовленных офицерах минной, артиллерийской и штурманской специальностей.
Все это потребовало быстрого освоения опыта ведения боевых действий, ускоренной переподготовки офицерского состава флота, и было быстро осознано командующими флотами. В начале 1915 г. в Гельсингфорсе, Ревеле и Севастополе организуются краткие минные и артиллерийские курсы, а в Севастополе – и штурманские. В конце года в Кронштадте возобновляется деятельность Минного и Артиллерийского офицерских классов. 24 декабря 1914 г. Н.О. Эссен обращается к морскому министру и начальнику ГГУ с просьбой об открытии в Гельсингфорсе Временного штурманского офицерского класса. Морской министр И.К. Григорович и начальник ГГУ М.Е. Жданко отвечают согласием.
28 декабря 1914 г. начальник ГГУ сообщает в штаб командующего флотом Балтийского моря.
«На отношение от 24 сего декабря за № 454/ш ГГУ уведомляет штаб командующего флотом Балтийского моря, что морской министр находит желательным, чтобы класс для спешной подготовки штурманских офицеров был организован в Гельсингфорсе, как этого желает командующий флотом. Вследствие сего ГГУ командирует в Гельсингфорс в ближайшем будущем подполковника Матусевича для организации дела и руководства им.
Что касается преподавателей по гидрологии, метеорологии, теории корабля, электротехнике и английскому языку, то ГГУ просит штаб доложить командующему флотом, не признает ли его высокопревосходительство возможным исключить из программ сокращенного курса гидрологию, метеорологию и английский язык. Относительно преподавателей теории корабля и электротехники ГГУ приложит старание подыскать этих преподавателей и в последующем не замедлит уведомить».
С получением письма штаб флота и флагманский штурман штаба А.Н. Сполатбог организовали подготовку к развертыванию класса и подбор слушателей. Срок обучения был установлен 3 месяца.
Штурманский офицерский класс ВМФ России
39
Помощником заведующего классом был назначен флагманский штурман 2-й минной дивизии старший лейтенант Е.К. Емельянов. 5 января штабом флота отдается приказание о подготовке транспорта «Русь» к приему штурманского класса.
«Командиру транспорта "Русь"
Штаб, по приказанию командующего флотом, сообщает Вашему Высокоблагородию, что 7 января 1915 г. организуются краткие штурманские классы, занятия коих будут проходить на вверенном Вам корабле. Необходимо оборудовать помещение по указанию Заведующего классом подполковника Корпуса гидрографов Матусевича, или его помощника старшего лейтенанта Емельянова.
Постоянные каюты должны быть приготовлены для подполковника Матусевича и приблизительно пяти слушателей, которые будут командированы в Гельсингфорс из других портов»
Всего в класс с освобождением от судовых обязанностей в класс было принято 19 слушателей. Занятия с первым военным набором слушателей проводились с 7 января по 26 марта 1915 г. Учебный план включал 7 дисциплин: астрономию, навигацию, девиацию, тактику, электротехнику, радиотелеграф и теорию корабля. В процессе обучения были добавлены тактическая навигация, метеорология и курс электромагнитных компасов. Расписания составлял заведующий классом. В связи с болезнью Н.Н. Матусевича с 22 января заведующим Штурманским классом был назначен командир эсминца «Финн» капитан 2 ранга Д.П. Руденский.
Первыми преподавателями класса были: по навигации – капитан 2 ранга Д.П. Руденский; по лоции – флагманские штурманы бригады линкоров старший лейтенант В.В. Лютер и 2-й бригады крейсеров лейтенант Б.В. Муромцев; по тактике – флагманский штурман 1-й минной дивизии старший лейтенант И.И. Лодыженский; по девиации – старший лейтенант Е.К. Емельянов; по астрономии – Н.Н. Матусевич. Занятия проводились ежедневно по 5–6часов. Часто они продолжались до 9 часов вечера.
Выпускные экзамены по астрономии, навигации и лоции, тактике и тактической навигации, девиации, электротехнике и теории корабля с 26 марта по 4 апреля 1915 г. принимала комиссия, назначенная приказом командующего Балтийским флотом. В состав комиссии под председательством капитана 1 ранга Н.М. Григорова вошли офицеры штаба, флагманские штурманы соединений и преподаватели класса Д.П. Руденский, Л.В. Сахаров, Н.А. Сакеллари, Е.К. Емельянов, Б.В. Муромцев, И.И. Лодыженский, Д.И. Дараган, Н.Н. Струйский, А.Н. Сполатбог и Н.Н. Матусевич.
Рассмотрев результаты экзаменов, ценз наплаванности слушателей и обсудив мнение преподавателей, комиссия признала возможным ходатайствовать:
– о зачислении в штурманские офицеры 2-го разряда Н. Мельницкого, Г. Потапенко, К. Ухова, Д. Сташевского, Н. Кунакова, И. Де-Кампо-Сципиона, А. Зернина, П. Каневского и Т. Агапеева (утверждены 12.4.1915 г. ГМШ);
– о допуске к исполнению штурманских обязанностей и предоставлении им права на зачисление в разряд по представлению командиров не ранее 1.10.1915 г. Ю. Ралля, Д. Малинина, С. Петропавловского, М. Гамильтона и Г. Погожева;
– об отчислении от класса как не выдержавших экзамен и не удовлетворивших необходимым требованиям Н. Лауданского, А. Мирковича, К. Коха, А. Житкова и М. Бургардта (пересдали экзамены в 1916 г. и были зачислены в штурманские офицеры 2-го разряда).
Комиссия указала на отсутствие учебного плавания, что «сказалось на практической подготовке слушателей». Кроме этого было предложено увеличить курс судовой электротехники, включив изучение гирокомпасов, электромагнитных компасов и рулевых устройств, провести ознакомление с дальномерными устройствами и приборами управления стрельбой, а курс тактики разделить на курсы свойств оружия и тактическую навигацию.
В числе выпускников 1915 г. были такие известные в будущем штурмана и педагоги, как профессор К.С. Ухов, флагманский штурман Балтийского флота в 1925–1926 гг. Д.П. Малинин, начальник штаба Балтийского флота в 1941–1943 гг. вице-адмирал Ю.Ф. Ралль.
Продолжительность занятий со следующим набором слушателей штурманского класса (21 офицер) была увеличена на 3 недели. Они продолжались с 15 декабря 1915 г. по 25 марта 1916 г. Занятия проводили Н.Н. Матусевич, И.И. Лодыженский, Д.П. Руденский, В.Я. Павлинов, А.П. Гедримович, Н.Н. Зубов, Л.В. Сахаров, Ю.Ю. Кимбар, Н.Н. Струйский, Е.К. Емельянов и Н.К. Арцеулов.Экзаменационная комиссия под председательством командира 1-й бригады линкоров контр-адмирала А.К. Небольсина по результатам испытаний приняла решение о зачислении в штурманские офицеры 2 разряда только пяти слушателей. Еще 14 слушателей были допущены к исполнению штурманских обязанностей с предоставлением права зачисления в разряд после получения достаточной практики в исполнении штурманских обязанностей на корабле (десять – с 1 сентября, а четверо – с 1 января). Среди выпускников класса был мичман К.А. Мигаловский, в будущем флагманский штурман ВМФ СССР.
Комиссия вновь указала на необходимость проведения учебного плавания под руководством опытных инструкторов, технического оснащения класса, увеличения числа практических занятий по девиации, ознакомления слушателей с театром войны, военно-статистическим обзором наших морей, стратегическими ФВК. Кроме этого было предложено увеличить число практических занятий по тактике и тактической навигации, так как «…общие сведения слушателей по ним оказались ниже среднего, а эти предметы имеют в настоящее время особое значение»; иметь печатные курсы лекций; исключить из-за недостатка времени курс теории корабля и сократить программы по электротехнике и радиотехнике. Занятия в классе начинать с 1 декабря.
В мае 1916 г. Главный Морской штаб обращается к Адмиралтейств-совету с представлением об изменении ряда статей о прохождении службы офицерами, окончившими штурманский класс в Гельсингфорсе. В нем было преложено:
– в случае назначения офицеров, успешно сдавших теоретический экзамен во Временном штурманском офицерском классе в Гельсингфорсе, к исполнению обязанностей штурманского офицера на судах флота производить им денежное содержание по правилам штурманского офицера 2-го разряда;
– время исполнения офицерами упомянутых обязанностей зачесть им для получения звания штурманского офицера 1-го разряда.
Представление было утверждено 2 июня Адмиралтейств-советом, а затем императором Николаем II.
Качество обучения штурманов первых двух военных наборов штурманского класса широко обсуждалось флагманскими штурманами соединений Балтийского флота. Большинство из них считало, что программа обучения является слишком теоретической, а практических и чисто боевых навыков в общей системе знаний слушателей не хватает. По результатам экзаменов 1916 г. и бесед с офицерами двух выпусков было высказано пожелание об изменениях в программах некоторых дисциплин штурманского класса, «которые могут способствовать более успешной подготовке штурманских офицеров боевого флота». В наибольшей степени это касалось астрономии и тактики. Так астрономия, читаемая Н.Н. Матусевичем, «…была приближена к программе Николаевской Морской академии и самой жизнью признана излишней для целей строевого штурмана. Вдаваться в глубокие исследования математического и аналитического характера не следует». В программе тактики и тактической навигации «мало задач маневрирования, нет эскадренного плавания, нужны, главным образом, практические задачи. …Съемку и промер в военное время следует исключить»
Занятия третьего военного набора штурманского офицерского класса начались 1 декабря 1916 г. Их вели Н.Н. Матусевич и В. Любимов – по астрономии; Н.Н. Струйский и В.Я. Павлинов – по девиации; флагманский штурман Балтийского флота Д.П. Руденский – по навигации и лоции; Ю.Ю. Кимбар – по электротехнике и минному оружию; Бунин и Арфин – по дальномерам; Б.И. Кудревич – по гирокомпасу Сперри; Н.Н. Зубов – по тактической навигации. В этом году штабом Балтийского флота была издано указание о том, чтобы «…в класс были представлены только офицеры, отлично исполнявшие на судах самостоятельные штурманские обязанности не менее одной кампании и аттестованные командирами как имеющие влечение и способности к штурманской службе»
Доктор географических наук, профессор А.П. Белобров, слушатель этого набора, в своих воспоминаниях отмечал: «…наш класс был сформирован в первые дни декабря 1916 г. В состав слушателей были зачислены более 30 офицеров, пришедших с должностей штурманов кораблей Балтийского флота. Занятия проводились на транспорте “Митава” в помещении под полуютом. Слушатели, корабли которых находились в других базах, размещались в каютах на “Митаве”. Здесь же находился заведующий классом Н.Н. Матусевич. Большинство же слушателей жили на своих кораблях или в городе на частных квартирах. По учебному плану изучали 10 дисциплин: астрономию, навигацию, девиацию, компас Сперри, тактику, тактическую навигацию, электротехнику, радиотелеграф, теорию корабля и английский язык»
В последние дни февраля 1917 г. в связи с революционными событиями занятия в Классе по распоряжению командующего флотом были прерваны. Экзаменационная комиссия в течение мартапровела выпускные экзамены. Выпускники Класса были назначены на штатные вакансии штурманов или остались на прежних должностях.
В дальнейшем циркуляром Главного Морского штаба сдавшие экзамены слушатели были зачислены в штурманские офицеры 2-го разряда. В числе выпускников 1917 г. были: А.И. Берг, в будущем инженер-адмирал, академик; М.В. Викторов – в 1937–1938 гг. начальник Морских Сил СССР; известные педагоги и ученые П.А. Домогаров, Ю.В. Шельтинга, доктор технических наук, профессор А.П. Белобров.В дальнейшем циркуляром Главного Морского штаба сдавшие экзамены слушатели были зачислены в штурманские офицеры 2-го разряда. В числе выпускников 1917 г. были: А.И. Берг, в будущем инженер-адмирал, академик; М.В. Викторов – в 1937–1938 гг. начальник Морских Сил СССР; известные педагоги и ученые П.А. Домогаров, Ю.В. Шельтинга, доктор технических наук, профессор А.П. Белобров.
Занятия с последним набором штурманского офицерского класса проводились с 1 декабря 1917 по апрель 1918 г., сначала в здании управления лоцманской службой, а затем в здании военного порта Гельсингфорса. Заведующим классом был назначен командир эсминца «Орфей» Н.Н. Зубов. Занятия в классе вели Н.Н. Матусевич, Н.Н. Струйский, В.Я. Павлинов, Д.И. Дараган, Б.И. Кудревич и Н.И. Евгенов. В начале учебного года их посещали 30 слушателей, но вскоре почти половина из них прекратили учебу. Главной причиной этого было произошедшее в декабре 1917 г. на флоте событие, расколовшее флотских офицеров и во многом определившее их дальнейшую судьбу. Проходивший в Петрограде с 18 по 24 ноября 1917 г. Первый всероссийский съезд военного флота утвердил высшим органом Морского ведомства Верховную военную коллегию из пяти человек во главе с наркомом по морским делам П.Е. Дыбенко. На морях должности командующих флотов с их штабами упразднялись и заменялись центральными комитетами, предназначенными для руководства политической и оперативной деятельностью. 4 декабря это решение было доведено до командующих флотами. На состоявшемся 5 декабря собрании офицеров Гельсингфорской и Ревельской баз за реорганизацию флота проголосовали 151 офицер, против – 362, воздержались – 44. По мнению большинства, упразднение единоначалия вело к полной дезорганизации флота и его гибели.
В результате проводимых центральным комитетом Балтийского флота мер часть офицеров, несогласных с ними, были отправлены в отпуска, а многие стали самостоятельно покидать корабли. 19 декабря 1917 г. это сделал и заведующий штурманским классом капитан 2 ранга Н.Н. Зубов. Приказом ЦКБФ от 26 декабря 1917 г. № 37 он был объявлен дезертиром, а заведующим Классом назначен Н.Н. Матусевич.
Занятия в этот период проводились нерегулярно. В связи с предстоящим переходом флота из Гельсингфорса в Кронштадт в начале марта часть слушателей была откомандирована на свои корабли для участия в подготовке к нему. Занятия посещали только те слушатели, корабли которых задерживались с отходом и покидали Гельсингфорс в последнюю очередь. В начале апреле после проведения экзаменов слушателям были выданы удостоверения об окончании Класса, подписанные заведующим Классом Н.Н. Матусевичем и исполнявшим обязанности флагманского штурмана Балтийского флота Н.Н. Крыжановским.
В числе выпускников штурманского класса 1918 г. были: К.А. Безпальчев, в будущем контр-адмирал, начальник рижского Нахимовского ВМУ (1945–1951) и 2-го Балтийского ВВМУ подводного плавания (1951–1956) и Е.В. Дымман – капитан 1 ранга, известный педагог и ученый.
Начавшийся в феврале 1918 г. роспуск старого флота привел к закрытию Временного штурманского офицерского класса. На этом он закончил свое самостоятельное существование. За четыре военных выпуска класс подготовил около 80 квалифицированных специалистов, из которых выросла плеяда видных командиров и штурманов ВМФ СССР.