Валентин Катасонов. Россию распродадут за бесценок

     Многие текущие международные события (например, приход в Белый дом Дональда Трампа, обострение ситуации на юго-востоке Украины, война в Сирии и т. п.) отодвинули на второй и даже третий план острейшие проблемы внутренней жизни России. Прежде всего проблемы прогрессирующей деградации экономики страны. Причем основной вклад в эту деградацию вносит не мировой рынок (скажем, падение цен на «черное золото»), не экономические санкции Запада против России (они, наоборот, несколько оживили внутренний рынок), а действия либерального блока российского правительства (или, наоборот, полное бездействие). Начался 2017 год, и чиновники продолжают свою разрушительную деятельность.

       Вот одно из последних таких деяний. 2 февраля правительство приняло программу приватизации на ближайшие три года (2017−2019 гг.), а премьер-министр Дмитрий Медведев ее утвердил (подписал 8 февраля соответствующее распоряжение). Всего в 2017—2019 годы планируется приватизировать 477 АО, 298 ФГУПов, доли РФ в десяти ООО, а также 1041 объект имущества государственной казны. Власти с гордостью заявляют, что за три года программа даст в бюджет без малого 17 млрд руб.

     Либо власти сами разучились считать, либо думают, что считать разучился народ. В расчете на один из 1826 объектов приватизации средняя выручка составит 9,2 млн. рублей! Для справки отмечу, что сегодня в Москве на рынке недвижимости столько стоит очень скромненькая квартира (одно- или двухкомнатная).

     Бюджет Российской Федерации, сверстанный на 2017 год, предполагает расходную часть в размере 16.241 млрд долл. Доходы от приватизации, запланированные на этот год (5,8 млрд руб.) составят лишь 0,03% по отношению к бюджетным расходам. Такой бюджетный эффект эквивалентен введению или повышению любого акциза (на водку, ювелирные изделия, иные предметы роскоши). 5,8 млрд. рублей при нынешнем курсе рубля (кстати, неожиданно выросшем в начале текущего года) эквивалентны всего 100 млн долл. Это меньше, чем годовая прибыль многих компаний и организаций, включенных в программу приватизации.

       Например, в программе значится компания «Совкомфлот», прибыль которой в 2015 году составила около 400 млн долл. Прибыль другого фигуранта программы — компании «Алроса» — только за первую половину 2016 года составила 186,7 млрд руб., в валютном эквиваленте это около 3 млрд. долларов. Следовательно, в расчете на год получается что-то около 6 млрд долл. Власти готовы отдать «куриц», несущих «золотые яйца», практически бесплатно!

     Наверное, мы уже устали от произвола нашей власти, если оставляем без реакции подобного рода решения. Кажется, даже в «лихие 1990-е» годы такого не было. А ведь тогдашнюю приватизации справедливо называют «бандитской». Нынешнюю приватизацию можно смело назвать «бандитской в квадрате».

      Можно предполагать, что уже выстроилась очередь «бенефициаров», которым были обещаны жирные куски государственной собственности. В списках программ мы находим такие объекты приватизации, как «Новороссийский морской торговый порт», «Совкомфлот», «Объединенная зерновая компания», «Приокский завод цветных металлов», «Кристалл», «Алроса», ВТБ и многие другие флагманы добывающей и обрабатывающей промышленности, морского транспорта, финансового сектора и других отраслей.

     Раньше правительство убеждало нас, что, мол, ничего страшного нет, поскольку многие сделки не являются полной приватизацией. Мол, государство сохранит за собой контрольный пакет (50% капитала + одна акция). На нынешнем этапе приватизации государство может утратить (или уже утратило) контроль над многими компаниями, постепенно превращаясь в миноритарного акционера. Возьмем, например, уже упоминавшийся выше «Совкомфлот». Это крупнейшая российская судоходная компания, одна из лучших в мире. Особенно сильны ее позиции в сегменте компаний по морской транспортировке углеводородов (нефти и сжиженного газа), в том числе из районов со сложной ледовой обстановкой, а также обслуживанию шельфовой разведки и добычи нефти и газа. Крупнейший в мире владелец танкеров ледового класса. (из общего флота компании, насчитывающего более 150 судов, треть имеет высокий ледовый класс). Компания полностью принадлежит государству (Росимущество). Так вот программа предусматривает снижение доли государства в «Совкомфлоте» с нынешних 100% до 25% + 1 акция (в этом году ожидается продажа первых 25%).

      Другой фигурант программы — крупнейший (наряду со Сбербанком) российский банк ВТБ. Не так давно уже проводилась его частичная приватизация, на сегодняшний день доля государства составляет 60,9%. Программа предусматривает снижение доли до 25% + 1 акция. В плане приватизации на текущий год — приватизация 10,9% акций банка. Единственно, что спасает ВТБ от приватизации, — сохранение экономический санкций Запада, что для наших чиновников создает сложности с поиском иностранного инвестора. Своих они почему-то не рассматривают.

     Приведу третий пример — «Алроса». Между прочим, это крупнейший в мире продуцент алмазов (примерно ¼ мировой добычи). Долю Росимущества в этой компании уже понижали, и она уже упала до критического уровня 33%. К 2019 году эту долю планируется сократить до 29% + 1 акция. Среди акционеров фигурирует также Якутия (как субъект РФ) и муниципалитеты, находящиеся на территории указанной республики. Программа предусматривает, что эти акционеры также будут выходить из капитала «Алросы».

      Вранье по поводу «целесообразности» и «эффективности» приватизации оказывается в вопиющем противоречии с реальной жизнью и даже официальной статистикой. Вот, например, руководитель Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев в сентябре 2016 года поднял панику по поводу того, что «государство наступает». Мол, в 2005 году в государственном секторе экономики создавалось 35% ВВП, а в 2015 году этот показатель вырос до 70%. Мол, государство «душит» конкуренцию, подрывает основы «рыночной экономики». Артемьев тут явно что-то перепутал, поскольку конкуренцию «душит» не государство, а монополия. Причем частные монополии это делают порой даже более успешно, чем частные. В Америке еще более века назад появилась своя «ФАС», которая боролась с монополиями Рокфеллера и других олигархов, правда, успехи были весьма скромными.

      Но в данном случае я не собираюсь читать лекцию господину Артемьеву на тему «Монополии и конкуренция». Я обращаю внимание на приведенную им цифру доли государства 70% ВВП. Аргумент «засилье государства в экономике» у многих чиновников финансово-экономического блока правительства стал любимым и основным. Многие из них оперировали этим аргументом на последнем Гайдаровском форуме, который проходил в прошлом месяце. Тогда я обратил внимание на два момента.

       Во-первых, у каждого своя собственная цифра доли государства в создании ВВП РФ. Встречаются цифры и более скромные, чем у господина Артемьева: в 60%, и в 50% ВВП. Например, Минэкономразвития обычно приводил цифру в 50%. Подобная статистическая какофония показывает, что власти не умеют слажено врать, у каждого чиновника своя «личная» статистика. Это касается, конечно, не только показателя доли государства в экономике, но и многих других экономических показателей.

      Во-вторых, я на месте чиновников, лоббирующих бандитскую приватизацию, поостерегся бы оперировать подобными показателями. Они как раз доказывают, что приватизацию категорически нельзя проводить. Почему? Давайте будем исходить из минимальной оценки участия государства в создании ВВП, равной 50% и сравним ее с некоторыми другими показателями, которые можно найти на сайте Росстата. А каково количество компаний и организаций российской экономики? —  Росстат дает цифру 4,9 млн. Он дает раскладку компаний и организаций по формам собственности. На компании государственного сектора (с участием Российской Федерации и субъектов РФ) приходится 2,3%; еще 4,5% - муниципальные предприятия. Итак, если мы даже учтем муниципальные предприятия, то общее число компаний и организаций, которые можно в широком определении назвать «государственными», равняется 6,8%. Некоторые могут справедливо сказать, что, мол, исчисление удельного веса государственного сектора по числу организаций не корректно, поскольку государственные организации могут быть заведомо крупнее частных. — Согласен. Поэтому предлагаю оценить долю государственного сектора с помощью показателя «основные фонды». В начале 1990-х годов (до приватизации Чубайса) в государственном секторе, по данным Росстата, находилось около 90% основных фондов российской экономики. К 2000 году (после бандитской приватизации 90-х гг.) этот показатель упал до 25%. В 2010 году он опустился до 19%, а в настоящее время составляет всего 18%.

       Надеюсь, читатель догадывается, какой вывод можно сделать из сопоставления показателей. При доле государства в основных фондах, равной 18%, оно умудряется создавать 50% ВВП страны. А господин Артемьев даже настаивает на том, что 70% (кстати, на последнем Гайдаровском форуме И. Шувалову и другим либералам больше по душе оказалась цифра 70%). Следовательно, на частный сектор приходится более 80% основных фондов и всего 50% или даже 30% создаваемого ВВП. Диагноз однозначен: частный сектор не эффективен, а для экономического восстановления (или даже рывка) необходимо усиление позиций государства. России нужна не приватизация, а национализация.

       О том, что некоторые члены правительства все-таки понимают, что собой представляет программа приватизации, свидетельствуют некоторые фрагменты упомянутого Гайдаровского форума. Так, «свежий» министр экономического развития Максим Орешкин достаточно трезво подошел к оценке приватизации. В интервью газете Financial Times он подчеркнул, что для оживления российской экономики необходима здоровая конкуренция, приватизация как таковая не поможет: «Если мы просто приватизируем крупные государственные компании, которые доминируют в определенных секторах, то конкурентная ситуация не улучшится, и не окажет серьезного влияния на общий рост». Правда, на заседании правительства 2 февраля, когда обсуждалась и утверждалась программа приватизации на 2017−2019 годы, Максим Орешкин благоразумно воздержался от озвучивания своих сомнений по поводу приватизации.

     Еще один забавный момент на форуме. Вице-премьер Ольга Голодец рискнула высказать мысль, что у власти есть простой способ пополнить казну: отказаться от единой ставки подоходного налога (13%) и перейти к прогрессивной шкале. Мысль не новая (благодаря этой мере можно запросто удвоить доходную часть бюджета), на для чиновника такого ранга крамольная. Мы помним, что премьер-министр Д. Медведев резко и болезненно отреагировал на заявление Голодец. Не только потому, что нынешнее правительство, похоже, представляет интересы олигархического капитала. Но и потому, что такое «простое» решение бюджетной проблемы лишит правительственных лоббистов приватизации важнейшего аргумента: мол, «разгосударствление» необходимо для пополнения казны. Я уже отметил, что принятая правительством программа позволил увеличить доходную часть бюджета на целых 0,03%!